к себе родного мне человека. Сомнений не было, Берта моя родная дочь от Ханны.
— В тот день мама прикрывала звено " юнкерсов" которые летели бомбить американский десант у побережья Нормандии. А на обратном пути её " мессершмитт" атаковали пять американских истребителей " мустанг". Бой был неравным, Ханна смогла сбить один " мустанг" перед тем как её подбили. "Мессершмитт" моей мамы упал в море и она утонула вместе с ним. Я знаю координатты где возможно находится самолёт, а в нём останки Ханны. Но для для его поисков, водолазных работ и подъёма самолёта, нужно нанимать специальное судно, а это стоит много тысяч 💶 евро, их у меня нет. - печально сказала Берта, не переставая плакать.
Я как мог пытался утешить пожилую немку, обнимая и лаская её сидя вместе с ней за столом, а она всё равно плакала.
— Не нужно слез фрау Берта. - ваша мама была и нам очень дорога. Жаль, что Ханна погибла совсем молодой. Но мы можем помочь вам с поиском и поднятием из моря её останков. - Костя сынок, прогуляйся в подвал с нашей гостьей и покажи ей, что у нас есть, для того чтобы поиски останков Ханны увенчались успехом. - сказала Марина, давая в руки фонарь.
Мать предоставляла мне возможность побыть наедине со своей взрослой дочкой. Да и заодно узнать сможет ли золото лежавшее в подвале мертвым грузом, хоть как-то помочь в поисках тела нашей общей любимицы Ханны.
— Нужно одеться Берта. - вход в подвал находиться через дорогу от дома, и нам необходимо выйти на улицу. - предложил я пожилой немке, беря с вешалки овчинный полушубок Марины.
В норковой длинной шубе идти в подвал было бы неудобно, из за риска порвать или испачкать дорогую вещь.
— Это тулуп твоей мамы Костя? - какой он удобный и тёплый. У нас в Германии такую одежду не носят. - сказала мне Берта, подставляя руки под рукава полушубка.
А я одевая на немку полушубок, просунул руки в его распахнутые полы и взялся ладонями, за выпирающие груди у своей дочки под кофтой. И тут же меня словно током ударило. До того приятные сиськи были у пожилой Берты.
— Это что за шалости Костя Нечаев? - разве я дала тебе повод для этого? - смеясь сказала мне немка, не убирая рук со своей груди, а я стоя перед ней лицом к лицу, тихонько мял своей пятидесяти двухлетней дочке сиськи.
И это дело было настолько приятным, что оторваться не было сил.
— А откуда ты знаешь мою фамилию Берта? - спросил я у пожилой женщины и нагнувшись поцеловал немку в губы.
Дочка Ханны как и мать, была ниже меня на полголовы и мне пришлось нагнуть голову, чтобы поцеловать её в губы. На удивление немка мне ответила и её язык 👅 заходил у меня во рту. Целоваться взасос эта холенная аристократка умела, а то что Берта была благородных кровей, указывало её ухоженное лицо, осанка и одежда.
— Я все про тебя знаю. - и про то, что твориться у вас в Плетнёвке. Ханна подробно написала про это в своём дневнике. Но учти Костя, ты меня не трахнешь как мою маму. Инцест у нас в Германии является уголовно наказуемым. А я добропорядочная немка и уважаю законы. - Берта сделала строгое лицо и оттолкнула меня от себя, застегивая на пуговицы полушубок на груди.
А я стоял перед своей пожилой дочкой со стоящим колом членом, не знал что ей ответить.
— Зато у вас в Германии можно жениться на собачках разных
Родинка