направится в туалет. И вот сидя у окна, я увидел, как она направилась в сторону туалета, я бегом туда же, припав к дырке, в зеркальце я увидел её во всей красе, так как она сидела враскорячку, то большие губы были раздвинуты, малые тоже. Теперь я мог видеть во всех подробностях, откуда у женщин вытекает моча, видел дырку влагалища, видел сжимавшееся и разжимающееся колечко ануса, кончил быстро, и кайф был как от живого секса. Теперь я с нетерпением ждал походов соседки в туалет, наблюдал, дрочил, рассматривал с каждым разом больше и больше подробностей интимного строения полового органа женщин. Видел, как из ануса появляется кал, как анус сжимаясь, обрезает его, это приносило некое новое чувство удовлетворения. Однажды, так же заняв место у дырочки, стал смотреть в зеркало, но она сидела в трусах и не собиралась мочиться. Тут она резко откинулась назад и стала смотреть прямо в зеркало, меня спалили, понял я. Я вскочил и начал перелазить через забор, на нашу половину, но соседкины руки стащили меня с забора, и крепко взяв за ухо, повела меня в свою половину дома. Мы прошли на кухню, там она села на табуретку, и стала кричать, что я негодяй, что она всё расскажет мужу, моим дедушке с бабушкой. Я стоял, ни жив, ни мёртв, и тут я начал плакать, она что-то кричала, про совесть и стыд, слёзы текли по моим щекам, и я начал вдобавок всхлипывать, тут она, прервав свою тираду, с удивлением стала смотреть как я плачу. Я стоял, опустив голову, и не мог видеть её, мне было стыдно, я понимал, что этот позор хуже наказания, которое я получу. Я упал на колени, схватил её за колени и стал, не поднимая головы умолять её не говорить никому, ничего. Она пыталась освободиться от моих объятий, но я крепко сжимал её колени, и умолял, умолял, я говорил навзрыд, с всхлипами, неожиданно почувствовал, как она положила свою руку на мою голову, начала гладить и успокаивать меня, не плачь, прекрати, не плачь. Видимо отсутствие детей и неиспользованное материнское чувство открылись в ней, она пыталась приподнять меня, но я мотал головой и не отпускал её колени. Моя голова была уже меду ног, выше колен, она продолжала гладить меня по голове, я сильней прижался к ней и уже стал успокаиваться, но теперь я слышал её запах, исходивший из трусов, и чем дольше она меня гладила, тем больше я возбуждался, а она шептала что-то бессвязное про то, что она меня не обидит, и всё будет хорошо. Она опять попыталась поднять меня с колен, но теперь я не мог встать из-за того, что в штанах у меня стоял член, и я боялся, что это доконает тётю Свету. Я начал жадно втягивать носом запах исходивший от неё, она это заметила, рука на секунду повисла в воздухе, я замер, а она опять продолжила гладить, при этом дыхание её тоже участилось, я начал уже нагло громко втягивать воздух носом и пытаться зарыться носом поглубже, между ног. И она, стиснув мою голову своими руками начала тереть моим лицом свои бёдра, я поднял глаза и увидел, что она сидит, откинув голову назад, и прикрыла глаза. Тогда я осторожно начал отодвигать носом край платья, и вот уже я трусь лицом о её небритые ноги, поднимаясь выше и выше, она лишь теребила мои волосы, мне оставалось сантиметров пять до лобка, а она прижал меня к бёдрам, и не давала двинуться дальше.
Мама и Ко. Часть 6