на член, и она совершенно не противилась этому. Наоборот, казалось, что она сама пытается насадиться на его член ртом как можно сильнее. Горячая волна уже поднималась от яиц, и Стивен поспешно отстранился от дочери.
Молли смотрела на него глазами, затянутыми пеленой. Рот и подбородок были перепачканы слюной, а между ног ритмично двигалась рука. Под его взглядом дочь шире раздвинула ноги, не переставая ласкать себя.
— Папочка... пожалуйста... , — ухватив его за руку, Молли потянула его к себе, — Сейчас, папа... прошу тебя... давай...
Голос Молли живо напомнил ему голос Сьюзи — хрипловатый, возбужденный, зовущий. И сопротивляться этому зову сил уже не было... Он наклонился, ухватил дочь за щиколотки. Девочка ахнула, опрокидываясь на родительскую постель, подчиняясь рукам отца. Взору Стивена предстали нежно-розовые нижние губки, совершенно безволосые и слегка приоткрытые. Молли приподнялась на локтях:
— Папочка, скорее... ну, пожалуйста...
Стив, встав на колени, поднес головку напряженного члена к доверчиво приоткрытым нижним губам, провёл ею между ними раз, второй, третий... Девочка всхлипнула:
— Ну скорее...
Навалившись на тело дочери, он ввел головку в вагину. Член легко преодолел вход, с натугой протиснулся внутрь, раздвигая стенки. И Стив, уже не владея собой, сильным толчком вогнал ствол целиком, по самые яички, преодолев мгновенное сопротивление.
— А-а-а-а-ай! — болезненно-громкий стон Молли разнесся по комнате. Ноготки дочери вцепились Стиву в плечи, но он, не ощущая боли, размеренными сильными ударами вколачивал себя между раскинутых ног дочери. Его член, перепачканный любовными соками и кровью Молли, раз за разом вонзался в беззащитную щелочку, раздвигая упругие мышцы...
Это было больно! Когда папа что-то пробил внутри своим членом, Молли с испугом подумала, что он вот-вот проткнёт её насквозь. Между ног стало так горячо и мокро. А потом папа начал двигаться... Его член входил в неё полностью, и она отчетливо ощущала его внутри. И это было больно и... Молли не могла подобрать слова. Но почему-то совершенно не хотелось, чтобы папа останавливался. Она жалобно стонала, вскрикивала, вцеплялась ногтями в папины плечи, но он, нависнув над ней и тяжело дыша, всё двигался и двигался. И с каждой секундой это нравилось Молли всё больше! Да, было больно, но уже не так, как вначале, и член папы уже не протыкал её, а словно массировал сильными толчками что-то внутри её тела. И это было приятно и с каждым мгновением становилось всё сильнее...
— Папа... ещё... ещё... , — выдохнула она в лицо отцу, обхватив его за шею. Ноги девочки согнулись в коленях и приподнялись, — Да, вот так... ещё, папа...
Стивен, не сдерживаясь, яростными толчками накачивал вагину дочери. Боже, как же там узко и горячо! Лишь бы не кончить! Жаркая теснота буквально сводила с ума, яйца, как ему казалось, вот-вот взорвутся от скопившейся в них спермы. И тут Молли неожиданно выгнулась ему навстречу, всё её тело затряслось словно в лихорадке. Зажмурив глаза, она обняла его за шею, и Стивен почувствовал, как его член сжало нежными тисками.
— Папа-а-а! — взвизгнула она, вздрагивая и прижимаясь к отцу. В голове Молли взрывался фейерверк оргазма, разлетаясь по всему телу искрами удовольствия. Такого наслаждения она не испытывала никогда! Лаская саму себя, она и представить не могла, что член может доставить такое наслаждение. Член отца оказался не только идеальным средством для лишения девственности, он вознес её к таким высотам греховного удовольствия, о которых она и мечтать не могла...
— Молли, милая... А-а-а-а! — взвыл Стивен. В последний момент он успел выдернуть мокрый, покрытый влагой и кровью член из влагалища дочери и тут же кончил на её
Похотливая бабуся