в сторону. Кровь текла из разбитых губ. Кума остановилась, и взял соперницу за бары, толкнула ко мне. — Твоя очередь. Она заслужила.
Я держал ее за воротник халата, из ее носа текла кровь, губы опухли от ударов, волосы прилипали к патекам крови на щекам. « Она заслужила». Повторил я про себя. Она была права. За все унижения, за все обиды. Я ударил ее под грудь, потом еще раз, уже сильнее, и еще... Мои удары были посильнее, чем у кумы. Изо рта проступила кровь, она согнулась от боли. Я приподнял ее, и зарядив сочно под дых, затем аперкодом послал ее на пол. — Ух ты. Кума засвистела. Я залез сверху и начал лупить свою жертву кулаками по лицу. Кровь брызгала на пол, лицо покрылось красным пятном. Я остановился, и поднялся над стонующим телом. Кума скинула свой халат, и я ухватив ее за задницу и шею, прижал к стене, начал долбить ее как дятел. Она кричала, не то от оргазма, не то от ситуации. Я развернул ее после к стене лицом, и нагнув ее обработал ее как следует, пока не кончил. После она одела свой халат, и повела меня в зал, где спала сама. На следующий день, все сделали вид что ничего не было, но я чувствовал, что вскоре маманя захочет реванш...
Свидетель обвинения