хочет. Очевидно, я пошёл на компромисс по двум основным пунктам, но у меня есть некоторые... свои требования. Ты можешь отказаться от них, но это будет означать, что я просто продолжу развод. Понятно? — Она кивнула. — Как только ты покончишь с потребностью в других мужчинах, ты дашь мне знать, после чего мы с тобой возобновим заниматься сексом.
— Что значит «возобновм»? Это означает, что в какой-то момент мы остановимся?
— Уже сейчас. В дальнейшем любая близость между нами будет ограничена поцелуями и объятиями, и, возможно, ручными работами для меня и пальцами для тебя. Больше никаких оральных или половых сношений.
— Но я не хочу этого, Генри! Я думаю, мне ясно, что то, что мы делаем, важно для меня, и мне это тоже нужно.
— Да, и еще ты ясно дала понять, что твой дружок для тебя важнее, по крайней мере сейчас, чем наш брак. Ты была готова позволить мне развестись с тобой, лишь бы не отказываться от своего маленького побочного проекта.
— Я просто пыталась выразить, как это важно для моего благополучия, но вы оба мне нужны.
— И ты получишь нас обоих, но с ограничениями. Опять же, ты можешь отказаться, и мы можем подать на развод. Всё зависит от тебя.
Выражение, менявшееся на её лице, отражало мыслительный процесс, который она явно переживала, и я видел, как она наконец смирилась с тем фактом, что у неё нет выбора.
— Тогда я, пожалуй, соглашусь, но под протестом. И не только для меня, дорогой. Я знаю, что ты не нуждаешься в этом, как в молодости, но у тебя всё ещё есть потребности, и мне не нравится, что ты страдаешь от необходимости обходиться без них.
Слова, которые я произнёс затем, поразили её, как нож в сердце.
— А кто сказал, что я буду обходиться?
— Что... о чём ты говоришь?
— Только то, что я сказал. Я не собираюсь хранить целомудрие, пока ты работаешь над этим.
— Генри, я определенно не в порядке с этим. Весь смысл того, что я делаю, заключается в том, что мне нужно больше, но ты сам сказал, что я полностью удовлетворяю тебя. Я не понимаю, почему ты перестал заниматься любовью со мной, своей женой, чтобы найти её где-то ещё.
— Опять же, если эти условия неприемлемы, мы можем приступить к оформлению документов. — Ты можешь хотя бы объяснить мне? Я не понимаю — У меня есть две причины: Во-первых, у меня нет желания подвергать себя каким бы то ни было болезням... — Они совершенно чистые, Генри! Я настаиваю на проверке здоровья, прежде чем я... Ну, прежде... — И как часто они должны его предоставлять, или ты предполагаешь, что эти молодые, здоровые мужчины двадцати с чем-то лет ограничивают себя твоими чарами пару раз в неделю?
У неё не было ответа на этот вопрос, что означало, что я был прав насчёт того, что она получала гарантию только один раз в начале.
Я продолжил: — Вот именно. Поэтому я бы посоветовал тебе как можно скорее обратиться в клинику. У меня уже назначена встреча на завтра. А вторая причина в том, что ты уже дала мне понять, что я не могу сравниться с этими молодыми парнями, и у меня нет никакого желания постоянно подвергать себя сравнению.
— Я никогда этого не делала и никогда не сделаю.
— Возможно, не сознательно, но ты сама сказала, что после того, как была с Даррином в первый раз, ты остро осознала, насколько эффективным он был и, напротив, насколько неэффективным я был только предыдущей ночью.
Все киношники - извращенцы! или киноманские скабрезности, написанные профессиональными искусствоведа 
