домой до следующего утра, а когда приходит ночью, её высаживает какой-то незнакомый парень.
— Она приводит в дом мужчин?
От этой мысли я закипел. Не потому, что мне было важно, что сделала Бекки или кого она трахнула, а потому, что Холли могла быть в опасности. Как бы я ни злился на неё, я ни в коем случае не хотел, чтобы она пострадала.
— Я не знаю. Я никогда их не видела, но, наверное, это может быть, когда меня нет. Я провела много ночей у Лесли.
— Ладно, детка. Ты, конечно, можешь остаться с нами, но что-то нужно сделать. Мы не можем позволить твоей матери сделать это с собой.
Я написал Мишель и попросил её приехать прямо сейчас. Мы с Холли сидели на диване, когда она и Джони вошли; я думал, а Холли положила голову мне на плечо.
— Значит, свадьба всё ещё в разгаре, и ты не сердишься на меня за то, что я пригласила Холли.
— Ты так просто не выйдешь за меня замуж.
Она села по другую сторону Холли, а Джони забралась ко мне на колени.
— Дорогая, у нас проблема.
Я пересказал то, что Холли рассказала мне о Бекки и её выборе. Она явно вошла в фазу саморазрушения, и мы должны были что-то сделать, чтобы помочь ей. Кем бы она ни была, она была матерью Холли и подарила мне много чудесных воспоминаний. Мишель, как всегда, полностью поддержала меня.
— Делай, что должен, детка. Это очень важно. Хочешь, я пойду с тобой?
— Мне почему-то кажется, что от этого будет только хуже. Холли я тоже оставлю здесь. Я думаю, что это то, о чем я должен позаботиться сам.
Впервые с того дня я поехал к своему старому дому. Трава была немного длинновата, но в остальном это место не сильно пострадало. Машина Бекки, как обычно, стояла на подъездной дорожке. Я надеялся, что это хороший знак. Я позвонил.
Дом, возможно, был в основном тем же самым, но женщина, которая открыла дверь, определенно не была той, которую я оставил позади. Её волосы висели вяло и выглядели грязными. Она похудела и была одета в старый халат.
— Генри! Боже мой, дорогой, ты вернулся. Пожалуйста, скажи, что забираешь меня обратно. Пожалуйста, я сделаю всё, что угодно.
Халат упал на пол, и она оказалась голой. Ее грудь была покрыта маленькими синяками и отметинами, без сомнения, результатами её многочисленных свиданий. Её обычно хорошо подстриженный кустик вырос полностью, так что она явно пренебрегала каким-то уходом.
— Нет, Бекки, но я хочу тебе помочь. Холли рассказала мне, что здесь происходит. Ты не можешь продолжать в том же духе.
Она посмотрела на меня и попыталась осмыслить то, что я только что сказал, и это было похоже на щелчок выключателя.
— Ты говорил с Холли? Ты простил её и впустил в свою жизнь? А как же я? Где моё прощение?
— Я прощаю тебя, Бекки, но...
— Тогда почему ты не хочешь забрать меня обратно? Я люблю тебя, Генри. Ты мне нужен. Пожалуйста, Генри, пожалуйста!
— Бекки!
Я ненавижу кричать, но мне нужно было, чтобы она успокоилась.
— Бекки, я здесь не для того, чтобы забрать тебя обратно, но я здесь, чтобы помочь тебе.
Я отвез Бекки в отделение неотложной помощи, и уровень алкоголя в её крови был очень высоким. Они проконсультировались с психиатром и в срочном порядке госпитализировали её на 72 часа как потенциальную опасность для себя. Пока она томилась там, мы с Мишель исследовали реабилитационные центры, которые могли бы ей помочь, и посетили пару, прежде чем остановиться на одном. Это должно было
Cовращение