через семнадцать месяцев. И главным его плюсом, является возобновляемость материала. Цикличность выработки для каждой рабыни составляет три месяца через двенадцать.
— Это очень обнадеживает. Можете рассказать подробнее?
— Это осуществимо... Если мы здесь закончили, прошу за мной, мне есть что вам показать.
Люди начали удалятся вслед за Корнелиусом и Фредериком. Неподвижными в комнате оставались только мы с Сильвией, Мия удалилась вместе с остальными. Напоследок Перельман подошел к Сильвии, улыбнулся и шепнул ей что-то, они стояли довольно далеко, но я смогла расслышать только лишь «птичка в клетке»...
Я вздрогнула, когда Сильвия подошла и достали поводок у меня изо рта, она вытерла его белым платком. Не говоря ни слова, она потянула меня за собой, в противоположную от людей сторону, которые то и дело бросали на меня заинтересованные взгляды. Что со мной будут делать, я даже не представляла. Но было ясно одно, легко мне не будет, на трясущихся ногах я направилась на встречу волнующим событиям...
***
Я была удивлена, когда Сильвия привела меня ни куда-то, а в свои личные покои. Ее комната было выполнена в черных тонах, огромный иллюминатор во всю стену, огромная двуспальная кровать с черными шелковыми простынями. Она завела меня в комнату, и оставила стоять в центре синего квадрата, расстоянием метр на метр. Здесь было тихо и пахло приятно. Какими-то цветами. Она не говорила со мной. Не объясняла, что только что произошло, не показывала довольна она мной или нет.
Сильвия жестом указав мне место, удалилась в соседнюю комнату, судя по всему их здесь было несколько. Ванная... гардеробная быть может, или еще что-то дверей было семь, следовательно, и комнат тоже, но могло быть и больше. Она ничуть не беспокоилась о том, что я могу сдвинутся с места. Я бы не посмела.
Вернулась она с набором цепей, карабинов и дисков с дистанционным магнитным отпиранием. Молча разложив магнитные плоские диски около моих щиколоток, довольно далеко друг от друга, один она прикрепила между ними, чуть выше образовывая треугольник. Я сразу вспомнила такие приспособления, они магнитились намертво. Последний, четвертый она закрепила позади меня, на уровне лопаток.
— На колени. — Сильвия смотрела на меня невыразительным взглядом, я не могла понять сердится ли она на меня, или все что сейчас происходит, так и должно быть.
Я тут же встала, Сильвия ногами расположила меня так, как ей было нужно, сидя на коленях, она растянула щиколотки в стороны, и закрепила каждую из них сперва за манжету на щиколотке, а затем за свой диск. Затем взяв цепь, она соединила ее с моим ошейником, за петлю сзади, а затем с диском в стене. Затем взяв вторую цепь, она прицепила ее конец к передней части ошейника, на расстоянии сорока сантиметров сцепила манжеты, лишая меня подвижности рук, финальным элементом ее задумки, стала цепь, которую она отрегулировала и зацепила за последний диск таким образом, чтобы моя голова и руки, были исключительно в одном положении, я могла только слегка двигать ими в стороны. Вперед-назад конструкция не давала двигаться абсолютно, также я не могла встать. Поза была довольно дискомфортной. Если я опускала руки вниз, то усиливалось давление на шею, стоя на коленях, ноги приходилось раздвинуть довольно широко. Задница не касалась пола, я могла сесть на нее едва-едва, но тут же ощущала дискомфорт от ошейника, он попросту начинал меня душить.
Закончив свою работу, моя мучительница внимательно все осмотрела, все так же молча. Она прошла к холодильнику и вынула из него бутылку шампанского, того самого что было на демонстрации... Она многозначительно на меня взглянула и поставив ее в поле
первый раз обеих потряс