я привык любоваться и нежно целовать. Я вспомнил, как выглядела она, когда вышла из автобуса – взъерошенные волосы, размазанный грим и губная помада. Сейчас она стояла на коленях и ртом ласкала мой член, но я почти ничего не чувствовал кроме всеобъемлющей злости на тех уродов и, как ни странно, на Свету. Разум подсказывал, что она говорит правду и раскаивается за свои фантазии. Но внутри меня что-то кипело, рисуя невероятные картины того, что могло происходить в автобусе. При этом червяк сомнений копошился в груди, заставляя думать, что все это могло происходить с согласия Светы. Ужасное состояние. Я не мог сосредоточиться на том, что происходило сейчас с нами.
Я видел, как голова женщины насаживается на мой член, а ее рука сжимает и гладит мошонку и ствол. Все это происходило как будто не со мной! Ощущение реальности вернулось только в тот момент, когда мощный импульс оргазма пронзил весь позвоночник и излился потоком в рот женщины. Она чуть не подавилась и закашлялась, отстранившись от меня. Она села на полу и подняла на меня глаза провинившейся собаки. Я был на грани срыва. Ее грим и помада опять были размазаны по щекам. Едва сдерживая себя от резких выпадов, я поднял Свету и подтолкнул в сторону ванной комнаты. Она безропотно зашла внутрь и закрыла за собой дверь. Не раздумывая, я привел в порядок свою одежду, выложил на стол несколько купюр, на листке отельного блокнота написал «прости» и вышел из номера.
Прохладный вечерний воздух, влетавший в открытое окно машины, остудил голову и постепенно привел мысли в порядок. Я уже отъехал на изрядное расстояние от мотеля, но решил остановиться. Что же я делаю? Я представил, в каком состоянии сейчас Света. События дня в первую очередь ударили по ней. Она перенесла колоссальный стресс. А я только усугубил ее состояние моим бегством и дурацким «прости». Надо вернуться, утешить и успокоить женщину, постараться забыть все, что произошло. А я, как трус поддался своим эмоциям и фактически предал любимого человека, оставив один на один со своей болью.
Я вышел из машины и немного постоял на обочине, подставив себя усилившемуся вдруг ветру. Казалось, что надвигается гроза. Только я об этом подумал, как на горизонте блеснула вспышка молнии и гулко прокатился первый раскат грома. Я развернул машину и рванул к мотелю. Внутреннее спокойствие подтверждало правильность поступка. В душе нарастала волна нежности к возлюбленной и чувство вины перед нею. В небольшой придорожной деревне фары выхватили за забором верхушки каких-то цветов. Я остановился, как воришка подобрался к забору и быстро сломал несколько стеблей. Это были мальвы. Пока никто не увидел, я быстро сел в машину и поехал дальше.
Я постучал. За дверью долго не было никаких звуков. Я даже подумал, что Света решила не оставаться и уехала на такси. Какой же я дурак! - пронеслось в голове. Но я продолжал стучать в дверь и вдруг услышал тихое «кто там?». У меня как будто камень в груди сорвался, так вдруг стало легко.
— Вам цветы! – я изменил насколько смог свой голос.
— Вы ошиблись, вероятно. Это невозможно.
— Не может быть. Номер комнаты тот. Вы Светлана?
— Да... Минуту, я оденусь.
Щелкнул замок, и в луче света из коридора показалось заплаканное светино лицо. На ней был большой не по росту банный халат.
— Я объездил все окрестности, но не нашел ни одного цветочного магазина. Поэтому вот...
Я протянул цветы ничего не понимающей Свете, стараясь оглушить ее натиском и не дать возможности повернуть ситуацию к упрекам и обиде. Я
Воспоминания 5-я часть