же так? Моя падчерица, моя малышка – как она так разожгла огонь в этих мальчиках? Она же такой безответственный ребёнок.
Но, должен признать, Анка-то не далеко ушла. Ведь жизнь – это одно. А вот какие чёртики скрывались в моей Зоське – неизвестно.
Анка напарилась и засобиралась.
— Ладно, завтра рано вставать, - сказала она, - мне на маникюр. Ты идёшь?
— Давай ещё один заход и пойдём?
— Да сиди уж... Любитель бани...
— Я скоро приду, - сказал я, - ещё пару заходов и всё.
Я проводил жену, а затем вернулся к ребятам в баню. В предбаннике никого не было, я сразу же пошёл в парилку. Как-то странно всё это выглядело - Зоси было пунцовое лицо, но не от парилки. Щёки её горели, как мне показалось, от чего-то другого. Она сидела между Сашей и Колеком - парни её незаметно поглаживали сзади или что-то ещё делали, но разглядеть я не мог, а Вит сидел и поправлял свой бугорок на полотенце в паховой зоне.
Зося была пьяна, но не настолько, чтобы не соображать. Бред. Моя дочь и эти самодовольные хмыри? Хотя, что это я так пекусь о её интрижках? Девка взрослая, разберётся.
Я уселся возле Вита, а ребята уже через пару минут вышли из сауны. Перед выходом я обратил внимание на свою падчерицу – по её телу стекали капельки пота, а парни не сводили глаз с неё. Она невозмутимо смотрела куда-то в потолок с наивной физиономией и, как мне показалось, наигранно притворялась дурочкой. Будто ей вовсе и нравилась эта игра, это нахальное поведение парней.
Напарившись, я вышел и начал прощаться.
— Ну что-ж, молодёжь, - начал я, - пора и деду домой, а вам ещё сидеть, школьные годы вспоминать.
Она довольная моему уходу и так радостно меня отправляет спать. Не нравится мне вся эта история. Выйдя из бани, я направился в сторону дома.
— Хм-м-м-м... а что если? Не-е-е... точно не про Зоську! – размышлял я по дороге.
Войдя в дом, я забрёл на кухню, чтобы покусочничать перед сном. А мысли всё не покидали мою голову. Почему Зося не позвала ту же Берту, с которой она крепко дружила... Зачем окучила себя такой странной атмосферой поздним вечером в нашей бане? Всё же странное я в этом находил. Я понимаю – человек она взрослый, но компания сомнительная.
Я потушил свет на кухне и в зале. Думал подняться к Анке, но что-то меня удерживало внизу ещё. Стоя у стола, я смотрел в окно. В бане были два маленьких окошка: Одно узкое – экстренное в парилке; Второе чуть больше – в предбаннике.
— Интересно, долго они будут сидеть? – подумал я.
Вдруг, как по мановению волшебной палочки, выскакивает на крыльцо Зоська, укутанная в одном полотенце – а ведь на улице зима! За ней следом выходит Саша тоже в одном полотенце и закуривает сигарету. Зося немного наклонила корпус в правый бок, осматривая наш дом, полагаю, на наличие света. Убедившись, что мы спим, Зоська взяла сигаретку и тоже закурила. Я догадывался, что она покуривает сигареты, но не думал, что такая дурная привычка у неё сохранилась. Зачем взрослой девушке курить? И зачем это скрывать?
Картина мне не понравилась. Однако то, что произошло дальше, совсем отбило мне любое желание ложиться спать.
Саша срывает полотенце с моей падчерицы, у она предстала моему взору абсолютно голой. Последний раз, когда я видел её голенькой, ей было одиннадцать лет - мы были также в баньке, и я её купал. Тогда Анка сказала,
Олины трусики