странно видеть себя в женщине, которую встречаешь впервые в жизни.
— Где она живет? Какой у нее дом? Чем она так хороша кроме голубых глаз и огромных сексуальных сисек?
— Ты видела место, где выросла мама? – узкие икры Глории обвились вокруг бедер Дианы.
Диана задумалась. Кажется, она была в гостях у Кэнди давным-давно, но детские воспоминания были отрывочны и смазаны. Им нельзя было доверять.
— Может быть, но я этого почти не помню.
— Мама возила меня туда сегодня. Это огромный парк трейлеров. Я видела ее старый дом на колесах. Это выглядит печально и ужасно, само место навевает тоску и безысходность.
— И что, там живет твоя тетя?
— Нет! Конечно, нет! Она живет в шикарном доме с огромным бассейном. Одна. Думаю, она чертовски богата.
Диана не поняла к чему Глория упомянула о парке трейлеров, ее гораздо сильнее интересовала загадочная богатая тетушка младшей сестры, с телом которое оказалось лучше чем у Кэнди.
— Чем она занимается? Почему не появлялась столько лет?
— Я не знаю. – равнодушно пожала плечами Глория. Меня это не интересовало. Я плавала в бассейне с подсветкой. Голая, под открытым небом! Это было невероятно, клянусь. Двор большой и не обнесен оградой, я чувствовала себя Евой и боялась, что кто-то может меня увидеть. Мне было страшно, весело, волнительно и еще... - Глория резко замолчала смутившись. Короче, это восторг. Стоять голой под открытым небом, прыгать с трамплина и вообще.
— А они чем занимались, пока ты изображала из себя нудистку?
— Разговаривали. Смотрели, как я плаваю. У тети шале и гостиная с огромными окнами, от пола до потолка, которые выходят на задний двор. Я видела, как они сидят на диване и обнимаются. Кажется, мама почему-то плакала. Потом они сказали, что это от смеха, но явно врали мне. А когда мы уходили они обнимались и целовались как сумасшедшие. Мама почти не разговаривала пока мы ехали обратно. Ты же знаешь, какая она, когда о чем то думает?
— Да знаю. – Диана отступила от сестры, поправив растрепавшиеся золотые завитки волос упавшие ей на лицо. Как думаешь, о чем она размышляла?
— Не знаю, Ди, но о чем то очень серьезном и важном. Да! – снова оживилась девушка. Представляешь, у тети Салли есть татуировка, в виде сердца и над ней написано имя мамы. Это ужасно мило.
— И где она набита? – машинально спросила Диана, пытаясь представить, как это выглядит.
Вместо ответа Глория развела в стороны полы полотенца девушки и прижала кончик указательного пальца к плоской площадке в центре выбритого лобка сестры. Диана поежилась, чувствуя, как кожу щекочут мурашки. О таком месте она подумать не могла. По ягодицам и спине прокатилась волна озноба и мгновенно напряглись и сморщились соски.
— Вау! Эммм... думаю, это означает, что она действительно любит твою маму так же сильно, как я тебя.
— А я тебя еще сильнее! – лицо Глории засияло, и на порозовевших щеках появились пикантные ямочки.
— Отлично. – засмеялась Диана сжимая лицо сестры между ладоней. У меня к тебе просьба в таком случае. Это касается, хмм... того что случилось, когда мы втроем были у меня комнате.
— Мне очень неловко Ди. Прости, я не хотела...
— Тшшш. – выдохнула Диана, посмотрев в округлившиеся глаза младшей сестры, а потом прижалась губами к ее губам, подарив долгий страстный, полный неизъяснимого скрытого смысла поцелуй. Ты не сделала ни чего плохого. Ни ты, ни я, ни Ребекка – все нормально. Это касается не нас, а Эвана. – Диана глубоко вдохнула точно перед прыжком в воду и задала
Сладкий грех. Любимая дочь