- улыбнулась Дашка. – А вообще, я сегодня хочу по магазинам пройтись. А то уже третий день в Москве, а ничего толком не видела.
— А ночью?
— А ночью я вообще домой не приду, зависну где-нибудь на тусовке. Не волнуйся, я же сказала, что мешать вам не буду.
— Ага, мешать не будешь, а нам за тебя волноваться – где ты, и что ты.
— Ой, было бы за что волноваться! – отмахнулась она. – С тех пор, как мужики перевелись, мир стал самым безопасным за всю историю своего существования. Максимум, что мне грозит – это быть изнасилованной агрессивной лесби. Но я и сама кого хочешь изнасилую, так что, тут больше не за меня волноваться надо, а за тех, с кем я тусоваться буду.
Звучало резонно, и особенно я был рад тому, что сегодня мне не придется опять обслуживать двух девушек сразу – на повторение вчерашнего подвига как-то не тянуло. Раз уж у меня образовался гарем, то я буду поступать, как султан – брать каждую по очереди, по одной за ночь. А двух сразу – это если разнообразия захочется.
Чуть позже мы оказались на кухне, где приступили к самому важному за день приему пищи – к завтраку. Дашка минут десять молчала, залипая в телефоне, а потом неожиданно сказала:
— Саш, а сделаешь мне ребеночка?
Я выдержал паузу, прожевал, и сдержанно спросил:
— Прямо сейчас? Можно, я сначала доем?
— Можно не прямо сейчас, - великодушно разрешила Дашка. – Потом, когда ты сюда переедешь, и мы все вместе жить будем.
— Спасибо, успокоила. А почему сразу ребеночка? Давай я тебе сначала собачку куплю, научишься о ней заботиться, тогда и посмотрим.
— Злюка! А почему бы и нет? Это же великая мечта всех женщин – стать матерью!
— То есть, ты хочешь рожать только потому, что это сейчас актуально? Звучит как-то не убедительно.
— Дурак, при чем тут это? Ты же мужик! А мы с Мариной – женщины! Значит, с тебя каждой из нас по ребеночку, так будет справедливо.
— Разбежалась. А может, Марина не хочет иметь детей? Может, она хочет сначала пожить чисто для себя.
— Зато я хочу иметь детей! – упрямо заявила Дашка. – Дочку хочу! Или сына!
— Ты что, Натали из песни «О боже, какой мужчина», чтобы так говорить? Ты сама еще ребенок, а уже ребенка хочешь.
— Никакой я не ребенок. Я вот-вот встану на ноги, буду жить в столице, иметь модельную карьеру, и зарабатывать много денег.
— Вот сначала заимей все это, а потом уже говори.
— Вот, и поговорю! Потом не отвертишься.
— Посмотрим.
— Посмотрим.
Мда, этого я и боялся. Нет, я, конечно, ожидал чего-то такого, но как-то предполагалось, что этот разговор заведет Марина. Но не сейчас, пока у нас все не слишком стабильно, а потом, когда все устаканится. А Дашка наглая, ей захотелось – она сказала.
Хотя Дашку еще понять можно. До эпидемии она собиралась выйти замуж, и наверняка еще тогда мечтала, как станет счастливой матерью. Сейчас же ей опять представлялся реальный, чуть ли не самый удачный на всем белом свете шанс – один из немногих выживших мужчин рядом, спит с ней, и может зачать ей малыша, о котором она так давно грезила. Надо брать, пока есть возможность, а то кто знает, что потом будет.
Короче, размышлений мне в этот раз подкинули – вагон и тележку. К счастью, Дашка выполнила обещание, и не пришла домой ночевать, оставив нас с Мариной снова наедине. В итоге у нас случилось нечто вроде романтического ужина, и даже секс в этот
Измена любящей жены не заподло.