в объятия которых хочется закутаться, словно в плед, и не казать носа на улицу. К тому же она слышала разговор Сергея с озабоченным бандосом, и в мыслях появились проблески надежды:
«Вот оно что! Оказывается, он переживает. Хи-хи-хи. Значит, у нас есть шанс? Но ты, Бобров, не очень-то задавайся! Захочу - казню, захочу – помилую. Какой ты, однако, выносливый, но всё равно пора уже двигаться до дому. А так не хочется, так бы и сидела, играя».
Ощущать в себе полувозбуждённый, но по-прежнему упругий член, было очень приятно. Время от времени по его стволу пробегал импульс, отдававшийся теплой волной внизу живота. В ответ Ирина напрягала внутренние мышцы, теснее обнимая мужскую плоть и поощряя кавалера к продолжению игры.
— Где этот урод? – словно только очнувшись, поинтересовалась Ирина.
— Ушёл. Как ты?
— А как может чувствовать себя женщина, которую два мужика затащили в темноту и изнасиловали? Морально и физически, – Ирина включила «колючку», наблюдая за реакцией одноклассника.
— Прости, я не хотел. Ты теперь будешь меня презирать?
— Ещё не знаю. Посмотрю на твоё поведение, – и, почувствовав очередной импульс внутри, язвительно поинтересовалась. – А кто это продолжает пользоваться моей беспомощностью?
— Блин, Ирка, прости, - Сергей проклинал себя за слабость, за желание дольше чувствовать эту удивительную женщину. – Это же вроде как уже не насилие?
— А! Это ты меня так кадришь? – улыбалась про себя Ирина.
— Типа того, - ещё больше смутился Сергей.
— Хочешь продолжения? Ведь ты, как я понимаю, остался без сладкого.
— Это не так важно, - машинально ответил Сергей, а когда до него дошёл весь смысл, воодушевлённо воскликнул. – Да!!! Очень хочу!
— Ладно, что с тобой поделаешь. Ты же герой – спас меня от маньяка. Только не здесь и не сейчас. А то сейчас всё переделаем, а на потом ничего не останется. Задницу ещё не отморозил? Помоги встать.
Опираясь на его руки, Ирина встала и принялась приводить себя в порядок. Сергей поднялся следом, разминая затёкшие ноги, натянул брюки, заправил рубашку, застегнул ремень и, расправив плечи, с довольной улыбкой потянулся во весь рост.
— Бобров, а я смотрю ты шустрый малый! Говорил, что романтик, а сам! Ни цветов, ни конфет, - к Ирине вернулась уверенность в себе, а вместе с ней и колкая ироничность натуры: - Даже на свидание ни разу не пригласил. Сразу – оп! Подол задрал и пристроился. А?
Сергей задохнулся от возмущения, но тут же понял, что его, как всегда, троллит эта бедовая девчонка из десятого «бэ»:
— Баранова, вечно введусь на твои шуточки, – признался он и, перехватывая инициативу, продолжил: - У меня полулюкс в «Гельвеции». Ир, очень прошу, соглашайся. Всё, что захочешь для тебя: и цветы, и «Шампанское», и ужин при свечах, и. ..
Нет, - после секундного раздумья ответила Ирина, внезапно став серьёзной.
«Нет, - повторила про себя. - Если кончится сказка и карета превратиться в тыкву, не хочу Золушкой-замарашкой утром в одиночестве возвращаться домой. Это было бы слишком жестоко после такого удивительного вечера».
Сергей осёкся, в его взгляде читались непонимание и предчувствие катастрофы. Она коснулась его руки:
— В «Гельвецию» мы пойдём завтра. А сейчас ты проводишь меня домой, а то ходят тут всякие маньяки по закоулкам.
Одна тайна интимного фокуса.