Джанин слегка нахмурилась, когда поняла, что он явно пялится на ее задницу. Она начала подумывать, не лучше ли ей все-таки сделать две поездки, но, прежде чем она успела заговорить, Эми завела двигатель и поехала, ускоряясь быстрее, чем это было нужно. Джанин отбросило назад, снова на грудь Пита. Инстинктивно он поймал ее в объятья, его руки на несколько секунд оказались на ее полных огромных сиськах, прежде чем он это понял и снял их.
— Прости, мама, - прошептал он, стараясь убрать руки как можно дальше.
— Все в порядке, милый, - прошептала она в ответ. – Всякое случается.
Она уперлась руками в его колени и снова выпрямилась, поелозив бедрами и попкой по его промежности. Джанин оглянулась через плечо и беззвучно произнесла одними губами: “Тебе нравится вид?”, и улыбнулась, узрев шок на лице сына, прежде чем снова отвернуться и смотреть в ветровое стекло.
Пока сестра и мама болтали, последняя положила руки на спинку водительского сиденья, а Пит действительно наслаждался открывшимся видом. Летнее платье его матери было туго натянуто на ее круглой попке. Она носила его, потому что оно было старым, и она не боялась испачкать его при упаковке коробок и погрузке. Вследствие некоторой заношенности материал платья был тоньше, чем она полагала, и Пит ясно разглядел тонкий ремешок черных стрингов, появляющихся между ее ягодицами и обертывающих ее изящную талию. У платья был овальный вырез, из-за чего он видел только заднюю бретельку ее лифчика, выглядывающую из-под верха, чуть ниже кончиков ее длинных волос. В то время, как ее стринги были тонкими, лифчик выглядел более основательным, более практичным, и это вряд ли было удивительно. Он должен был поддерживать пару огромных грудей, которые были настолько большими, что он мог видеть их бочка с того места, где он сидел.
Самая горячая женщина, которую он знал, сидела у него на коленях в обтягивающем платье, ее нижнее белье просвечивало сквозь платье, ее большие сиськи, действительно огромные, он их держал руками, хоть и всего секунду, выглядывали из-за спины. То, что произошло дальше, было фактически неизбежно.
Джанин прервала разговор с Эми, почувствовав, как что-то уперлось ей в левую ягодицу. Она быстро оглянулась, но рука Пита была так далеко от нее, как только могла быть в этом тесном пространстве. Она обернулась и ответила на вопрос Эми о чем-то, в то же время слегка подвигав попой, пытаясь устроиться поудобнее, когда то, что было в промежности Пита, уткнулось ей прямо в зад.
Что бы это ни было – оно было в промежности Пита!
“О боже мой! Да у него стояк!” – поняла она и застыла на месте без движения.
— Мам? Ты в порядке? - спросила Эми, ведя машину.
— Конечно, милая, - сказала та, пытаясь взять себя в руки. Она медленно она оглянулась через плечо, но взгляд Пита все еще был прикован к её заднице. - А как ты, Пит? - спросила она, заставив его быстро поднять глаза. - Тебе удобно? - спросила она, и, не планируя или не задумываясь, забралась обратно к нему на колени, медленно вращая попкой.
Пит он покраснел, глядя на нее, не зная, что делать и куда деваться.
— У тебя затекли ноги и покалывает? - спросила она его. - Давай я помогу.
Она привстала, приподняв свою задницу с его колен, почти подняв ее к его лицу, ее платье немного поднялось на бедрах. - Теперь можешь пошевелить этой ногой, - сказала она, ласково улыбаясь, прежде чем снова повернуться лицом к ветровому стеклу.
Дневник гея. 2. Первый раз, пассивный опыт. Часть 1.