Мое любопытство взяло верх над презрением к Лайлу, и я позволила ему продолжить.
– После первого шока милая и добрая Бренда посмотрела сначала на свой бокал, потом на мужа. Выражение ее лица я запомню на долгие годы. Но держу пари, что Грегги хотел бы забыть. Потому что, когда они смотрели друг на друга, то оба понимали, что именно поставлено на карту. И с этого момента они совместно отвечали за все, что делали. Если откажутся, то потеряют шанс на повышение. И не только один из них. Они оба.
– «Мы много работали ради этого повышения, Грег», – сказала она ему. – «Если Блэры опережают нас, я хочу услышать от тебя, чего ты от меня ждешь. Я не хочу, чтобы это говорил мистер Ролстон. Я хочу, чтобы это сказал мне ты». Грег не торопился, но, в конце концов, кивнул. Бренда не остановилась. «Скажи словами! Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделала, Грег», – настаивала она. Она хотела, чтобы он сказал это, чтобы потом не было двусмысленности. Когда он заколебался, она взяла его лицо в ладони и заглянула в глаза. «Если хочешь, чтобы ради этого продвижения я пересекла финишную черту, то должен сказать мне об этом прямо».
– И что же он сделал? – прервала я Лайла, сидя на краешке стула.
Лайл улыбнулся, прежде чем продолжить рассказ о Дональдсонах.
– «Я сделал все, что мог, Бренда», – смиренно сказал Грег, а потом спросил: – «Могу ли я еще что-нибудь сделать, Лайл?» «Да, Грег», – ответил я. – «Ты должен сказать своей жене, чего ты от нее хочешь».
– Интересно, как люди реагируют на такие моменты, Аманда, – сказал Лайл, откидываясь на спинку стула. – Они думают, что находятся на вершине ситуации, и как только они подумают, что знают, кем и чем они являются, все вдруг обрушивается на них, и им приходится делать выбор. Выбор, который определяет их профессиональный успех или неудачу ценой их отношений, брака или самоуважения. Я видел это выражение на их лицах. Тебе никогда не приходилось с этим сталкиваться. Для нас все сводилось к тому, что я был твоим приятелем по траху на стороне или одним из них. О да, в конце концов, ты сказала мне, что оплачивала повышение Джеймса еще до того, как он стал претендентом. Но у тебя не было шока. До того самого вечера. Не так, как у Дональдсонов, которым пришлось столкнуться с шоком.
– Все дело в том, что они-то все еще вместе, а я потеряла Джима.
– В этом ты права, – сказал он, глядя в сторону, а затем снова на меня. – То, что случилось с тобой и Джимом, – это моя вина.
– Не только твоя. В тот вечер я позволила своей киске взять над собой верх. В тот вечер мы с Джимом поругались насчет того, как много он работает и пренебрегает нашим браком. Он сказал, что вся тяжесть лежит на его плечах, в то время как все, что волнует меня, – это потрахаться. Это был первый раз, когда мы с моим мужем обсуждали наш открытый брак, с тех пор как он на него согласился. Это была его идея, напомнила я ему и напомнила о женщине, которую он трахал в вашем бухгалтерском отделе.
– Ты что, Аманда, ожидала, что он будет сидеть и дожидаться, пока ты не принесешь ему свои небрежные секунды – когда он будет полоскаться в сперме другого? Он трахал ее и
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть - 16 и 17