она заново познала прелести группового секса, теперь уже по-взрослому. Настя по природе своей любопытна, и никогда не отказывалась экспериментировать. Училась она на «отлично», а за аморалку давно уже никто не гоняет, так что дела у нее шли прекрасно. Нет никого счастливее, чем оттраханная досыта женщина.
Настя провела острыми ноготками по кубикам на прессе Вадима.
— Вот и все, девочки и мальчики. Спокойной ночи.
— Что-то сказка сегодня короткая и без подробностей.
— Тебе нужны подробности? Красная натертая писька и залитое спермой лицо? Какой ты неромантичный, Вадик. Ну, если хочешь, расскажу об одном случае. Слушай. Однажды Настя провела вечер с большой компанией мужчин в сауне, почти не вставая с глубокого кресла. Ее рот находился на уровне, подходящем для беспрерывного минета, а руки на подлокотниках не знали покоя и дрочили по два члена одновременно. Ноги были задраны выше плеч, поэтому участникам этого праздника плоти не составляло никакого труда занять делом и влагалище.
Чья-то рука непрерывно гладила лобок, руки соседей блуждали по всему телу, чуть касаясь, задерживаясь на груди, дразня соски. Настя сравнивала себя с пауком в центре паутины, в которой копошатся увязшие насекомые.
Ей нравилось временами хватать проплывающий перед глазами член, направлять его в рот и скользить по головке губами, ожидая момента, когда его нетерпеливый сосед с другой стороны не начнет требовательно тыкаться ей в щеку. Тогда, выпустив изо рта первый, она тут же подхватывала губами второй. С нее ручьями стекал пот сменяющих друг друга мужчин, смешиваясь с подсыхающими ручейками спермы, покрывавшими лицо, шею, волосы, грудь и особенно бедра. Кончать ее партнеры предпочитали в предназначенное природой место.
Иногда она вырывалась и сбегала, чтобы наскоро помыться. Но даже в такие минуты Насте не удавалось побыть в одиночестве: за ней кто-нибудь увязывался, и пользовался удобным случаем, чтобы наедине вставить член. Не успев толком помыться и прийти в себя, она уже опиралась о раковину, обеспечивая удобный подход к влагалищу. Всякий раз, когда член проскальзывал между половых губ, чтобы на долю секунды там задержаться, прежде чем погрузиться в глубину, раскрывая их, расталкивая и разъединяя, она испытывала чувство ни с чем не сравнимого удовольствия.... Этот случай, пожалуй, самый яркий. В групповом сексе Настя участвовала всего несколько раз, и до сих пор помнит каждую деталь, будто все происходило только вчера.
Наступила тишина, Вадим понял что на сегодня сказке конец. Пытаясь разглядеть в темноте лицо Насти, он восхищенно пробормотал:
— Никогда не думал, что можно так рассказать о групповухе.
— Меня в универе учили складывать слова в правильном порядке, чтобы получалась интересная история. Не разочаровался во мне? Не думаешь, что я конченая шлюха?
— Я же сказал, что не осуждаю. Но судя по твоим историям, ты только и делала, что трахалась.
— Скажешь тоже! Ты же спросил, как я до этого дошла? Зачем тебе рассказывать о посещении театров и кино? Или учебе? Хотя... разок в кино случился, на последнем ряду. Но об этом как-нибудь потом. У меня все как у людей, только раз в неделю и то не каждую я отрывалась по полной программе. Обычно по пятницам-развратницам. Помню чьи-то призрачные руки в клубе, исподтишка лапающие мои ягодицы, расплющенные о сиденье барного стула, угол которого впивается между губами влагалища. Я не сопротивлялась, принимая игру. Такое молчаливое согласие придавало им решительности — меня уводили в туалет, задирали юбку, нагибали и трахали. Потом возвращали на место и покупали пару шотов. Вскоре возле меня скапливалась внушительная батарея рюмок, но я никогда ни с кем не уезжала, никого не клеила и ни с кем не заводила
Устроился на работу