— А чего с твоей маман случилось? Пришла к моей, заперлись на кухне. Уже несколько часов сидят там. Пожрать даже не дали.
— Э-э-э... Без понятия, - Миша напрягся.
— А, ну ладно, пойду тогда, - соскочив со стола, Лена направилась к выходу.
— Погоди, - догнал её Миша, - Чего приходила-то?
— С тобой потрахаться, - Ленка чмокнула его в лоб, оставив едва заметный след от чёрной помады, и выбежала за дверь. - Шутка.
— Ебанутая?
— Сам такой.
Она заливисто засмеялась на весь подъезд.
Потирая лоб, Миша закрыл дверь и выключил чайник.
Поздно ночью пришла Инна. Миша уже лежал в кровати, готовый в любой момент заснуть. Вскочив, он бросился в коридор, но мать уже зашла в зал и закрыла дверь прямо перед его носом. Он хотел открыть, но было заперто. Полчаса простояв перед дверью, стуча и прося маму выйти и сказать, что случилось, Миша сдался и пошёл спать.
Три дня она молчала и проходила мимо него с каменным лицом. Три дня он ходил за ней хвостом и просил поговорить. Три дня она старалась уходить на работу раньше и приходить позже. На четвёртый день Миша не выдержал. В очередной раз, когда она вышла из комнаты, направляясь на кухню, он бухнулся перед ней на колени.
— Ну, прости меня, мамуль!
Инна попыталась его обойти. Он не дал этого сделать, обхватив её ноги.
— Мама, прости меня пожалуйста, что сделал это!
Она застыла. Отцепив кое-как его руки, Инна медленно попятилась назад, упершись в стену.
— Мам, прости, что трахнул тебя, - зашептал Миша. - Прости, я не мог устоять. Прости. Прости...
Закрыв ладонями лицо, Инна зарыдала, сползая по стене на пол.
Миша подпоз на коленях к маме. Он крепко обнял её и стал засыпать поцелуями руки, шею, волосы, шепча лишь одно слово: "Прости". Запах её рыжих волос, её кожи кружил голову, поцелуи пьянили. Инна почувствовала, как твёрдый член сына упирается ей в ляжку. Опустив руки, она открыла рот, что бы закричать на него, но не успела. В этом момент Миша впился ей в губы долгим и страстным поцелуем. Она надавила ему руками на груь, отстраняя от себя. Повалив мать на пол, он рывком стянул до колен её легинсы вместе с трусиками. Его губы покрывали покрывали поцелуями солёное от слез лицо и вновь возвращались к её губам.
— Что ты де... Не... Сто...
Инна почувствовала, как сын рукой приспустил свои шорты, освобождая дрожащий в предвкушении член. Она хотела оттолкнуть его, убежать, но не могла. Между ног у неё стало горячо и влажно, сил отбиваться не было, руки и ноги стали ватными. В этот момент Миша стопой зацепил легинсы и дёрнул их вниз, стащив с одной из маминых ног, оставив их болтаться на второй. Оторвавшись от губ, он стал целовать шею.
— Не надо... Сынок, прошу...
Силы ушли, уступив место похоти. Она больше не сопроивлялась.
— Это... не... правильно...
Раздвинув её ноги своими, Миша одним толчком целиком вошёл в мать. Протяжно застонав, она замолчала. Целуя шею, он медленно и глубоко стал её трахать. Непроизвольно обхватив его спину руками, Инна стала двигать бёдрами в такт. Он упивался запахом и вкусом матери. Она была на грани этой реальности. Внезапно, содрогнувшись, Инна выгнулась и, прочертив ногтями красные полосы на спине сына, забилась в экстазе. Он почувствовал как что-то потекло по его члену.
— А-А-А-А, - мать орала как сумасшедшая.
Её вагина, пульсируя, ещё сильнее стала сжиматься. Миша был на грани. Едва успев достать член,
Сладких снов, мам