идти с ним домой. Он подошел ко мне и восхищенно прошептал: "Блин! Ты как девчонка красивый! Как твоя мама! И пахнешь как она или наша Ирина Николаевна!" Я видел, что его неудержимо тянуло и влекло ко мне. И почему-то мне было немножко сладко и приятно от этого. И мой прутик начал вставать!
Витькин голос дрогнул. "Можно я прижмусь к тебе сейчас?" Не глядя на меня, стыдливо попросил он. "А что мне за это будет?" голосом Сашеньки озорницы, кокетливо спросил я своего смятенного школьного друга. "Всё, что захочешь!" хрипло, волнуясь и смущаясь, ответил он. "Принесёшь мне красивые трусики своей мамы! Грязненькие!" потребовал я, вспомнив слова мамы. "Конечно! Я сам лижу их, когда дрочу на твою! И так классно! С запахом и следами женской смазки!" тихо простонал Витька, уже открыто прижимаясь ко мне вставшим колышком. Моё лицо пылало, губы дрожали, я весь горел вместе со своим другом.
Его возбуждение, трущееся об меня, кружило мою голову и заставляло самого стоять не хуже, чем с мамой. Это очаровательная Сашенька, а не я, повернула прелестную головку и поцеловала Витьку в губы жарким маминым поцелуем, от которого я так восторженно спускал, занимаясь с ней любовью прошлой ночью. Вкус моих испачканных после мокрых женских трусиков губ просто ошеломил его и заставил кончить. Он застонал и восторженно уставился на меня чуть испуганными, но безумно восхищёнными глазами.
"Сашка! Ты что! Ты что со мной сделал?!" Он покраснел и опустился на парту рядом со мной, стыдливо и похотливо разглядывая меня. "Блин! Я так и на маму свою не спускал, когда дрочил на её трусики в ванной комнате! Обалдеть! Ты супер!" Я сам был потрясён тем, что случилось между нами, не меньше его, но моя проказница Сашенька ослепительно улыбнулась Витьке в ответ и снова поцеловала его в губы обжигающим поцелуем. Он проводил меня до самого дома и нёс мой ранец как верный друг и влюблённый пёсик. И Сашенька гордо шла рядом с ним, восхищённая собой и своей опасной властью над мальчиками.
Мама тихо ахнула и расцеловала меня, с интересом слушая мой взволнованный отчёт о прошедшем школьном дне и разглядывая трусики Ирины Николаевны, лежащие перед ней на столе. "Мне кажется, мы с тобой на правильном пути, мой мальчик! И мне это всё очень нравится!" сказала она мне и одарила волнующей ослепительной улыбкой.
Тайные записки 1836-1837 годов. Отрывки.