После того как они ушли, я позвонил Лизе, чтобы сообщить ей о случившемся, затем позвонил родителям и отправился к ним домой, чтобы провести некоторое время с детьми. Эмма все еще была потрясена, увидев, как Линда целуется с другим мужчиной. Я немного поговорил с родителями и решил немного сводить детей в "Чак и Сыр", прежде чем забрать еще их вещи.
Мы хорошо провели время, и на пару часов они снова стали детьми, смеющимися и играющими. К сожалению, все хорошее рано или поздно заканчивается, и это не было исключением. Они немного поворчали, но присоединились ко мне, когда мы пошли к машине.
Мы пошли в их комнаты и собрали кое-какие вещи, чтобы они отнесли их в дом бабушки и дедушки, а затем спустились вниз. В следующее мгновение входная дверь распахнулась. Я увидел, что дверной косяк сломан, и следующее, что я помню, это то, что Мудак во всей своей ярости стоял там, глядя на меня.
— Ты гребаный ублюдок, - закричал он. - Я убью тебя за то, что ты сделал. Все, что я хотел, это кусок задницы, но ты должен был сделать из этого большое чертово федеральное дело. - Я попытался заговорить, но не смог, так как его кулак нашел мое лицо и заставил меня пошатнуться. После того, как звезды исчезли из моего поля зрения, я понял, что мне нужно найти что-то, чтобы защитить себя, так как я знал, что мои кулаки сами по себе не нанесут ему вреда. Я услышал крик Эммы и обернулся, чтобы увидеть, как Мудак ударил ее сзади так сильно, что она полетела в кирпичный камин, ударившись головой. Меня охватила ярость, и я вспомнил про железную сковороду на плите.
Я схватил её и, держа за ручку, как бейсбольную биту, влетел в гостиную, держа сковороду над головой. Я замахнулся изо всех сил, и железная сковорода коснулась его головы, открыв глубокую рану прямо над левым ухом. Он упал на пол, а я уронил сковороду, но моя ярость не утихла.
Я начал пинать его в пах изо всех сил, снова и снова. Я отступил назад и на бегу ударил его в голову, пнув изо всех сил. Его обмякшее тело пролетело несколько футов и приземлилось у дивана. Я взял сковороду и опустился на колени у его головы. Я поднял сковороду высоко над головой и был готов обрушить ее на него, надеясь избавить мир от Гребаного Марка Лавальера. И тут я услышал голос за спиной.
— Бросьте сковороду, сэр, - сказал мужчина. Я отпустил чугунную сковороду и повернулся, услышав, как она упала на пол. - Оставайтесь на месте, руки за голову. Я подчинился приказу полицейского и заложил руки за голову. Он завел мне руки за спину и надел на меня наручники. Убедившись, что я больше не представляю угрозы, он поднял меня.
— Офицер, он ворвался в мой дом и ударил мою дочь, - сказал я. Я посмотрел на Эмму и увидел, что она сидит перед камином и плачет. В том месте, куда ее ударил Мудак, виднелась красная отметина.
— Я знаю, - сказал он. - Ваш сосед через улицу видел, как он вышиб дверь, и позвонил в 911. Он говорит, что также видел, как он ударил вашу дочь. Я добрался сюда так быстро, как только мог. Вы в порядке? Черт, неужели я действительно так быстр, спрашивал я себя.
— У меня чертовски болит лицо, - сказал я. Он посмотрел на меня и кивнул.
Вирт.