же сама хотела, чтобы я её трахнул, помнишь? Это ведь ты не позволила мне бросить эту чёртову работу, помнишь?
— Итак что, чёрт возьми, ты говоришь? Что она захочет, чтобы ты и дальше давал ей его?
— Она хочет ребёнка.
— Она что? Она что!! Ты что, издеваешься? Она хочет, чтобы ты её обрюхатил? О, это просто чертовски становится всё хуже и хуже. Я не могу так жить. Я думала, что смогу быть сильной. Можно справиться с этим только один раз, но сейчас? Сейчас же! Блядь, прямо сейчас!? А чего ты от меня ждёшь? Просто спокойно сидеть дома с этим большим животом, который ты мне подарил, и просто радоваться этому? Я не могу так жить! Чёрт возьми! Я не могу так жить! - Затем Стейси разрыдалась, упала на колени и, обняв лестничную клетку, зарыдала на деревянный пол. - О Боже! Какой беспорядок. Что же мне теперь делать?
Я опустился на колени рядом с ней, пытаясь утешить, и обнял её, но она оттолкнула меня.
— Убери от меня это чёртово дыхание киски, ты, грязная свинья! - закричала она и добавила: - это должно было быть только один раз, а не всё время!
Затем она поднялась по лестнице, почти готовая сойти с ума, и я забеспокоился, зная, какой травматический эффект может оказать такой ужасный стресс на нерожденного ребёнка. Было семь с половиной месяцев, и, как бы она ни была не в своем уме, я испугался за её безопасность и безопасность ребёнка.
Я добрался до двери спальни как раз вовремя, чтобы увидеть, как она захлопнулась у меня перед носом, и услышать, как повернулся ключ. Она не собиралась впускать меня, вот и всё! Я вздохнул и медленно поплёлся вниз по лестнице. Всё вышло из-под контроля. Пришло время налить себе выпить.
XXX
Я проспал ночь прямо за её дверью, лёжа на полу. Я слышал, как она безудержно рыдала всю ночь напролет, и ужасно беспокоился о том, что всё это может сделать с ней и с ребёнком. Но, с другой стороны, возможно, по-настоящему хороший крик - это как раз то, что ей нужно, чтобы выплеснуть все эмоции наружу.
Внезапно, без всякого предупреждения, плач прекратился. Я постучал в дверь, но ответа не последовало. Первым моим желанием было просто выломать дверь, чтобы посмотреть, не пытается ли она причинить себе вред, но, прижавшись ухом к двери, я услышал, как она начала двигаться, вероятно, застилая постель и раздвигая шторы. Я предположил, что она, возможно, находится в процессе выхода из этого состояния. Я решил больше не раздражать её. Я просто оставлю её в покое, пока она не придёт в себя.
Я спустился вниз и приготовил завтрак. Поскольку была суббота, офис был закрыт. Это даст нам со Стейси возможность поговорить о том, что мы собираемся делать.
Прошло четыре часа, прежде чем Стейси наконец появилась на кухне, где я сидел за столом и пил кофе. Её глаза были красными и опухшими, а на лице застыло выражение зомби, которое действительно напугало меня. Я всеми фибрами души надеялся, что с ней всё будет в порядке.
Она, казалось, дрожала, и я не думал, что разумно пытаться обнять её, так как воспоминание о запахе киски босса на мне, возможно, было свежо в её памяти.
— Кофе? - с опаской спросил я, не зная, начнет ли она снова кричать или, может быть, заплачет. Она не сделала ни того, ни другого.
— Что-нибудь выпить было бы неплохо, - ответила она пугающе монотонным голосом.
Паучок. Вот и снова весна.