нас опять была нормальная жизнь. И нормальный секс... Понимаешь?
Жена сразу погрустнела, услышав такие слова. Потупила взор, и какое-то время сидела в задумчивости, не притрагиваясь к пище.
Потом посмотрела Платону в глаза.
– Слушай, а я не хочу. Хочу и дальше встречаться с Евой. И знаешь... Я ведь, наоборот, думала предложить, чтобы она переехала к нам...
– Переехала к нам?! – с ужасом воскликнул мужчина. – Ты серьёзно?.. Чтобы вы вдвоём тут без конца трещали об этих сериалах?!.. Нет, Том, – Он отрицательно замотал головой, – к нам она точно переезжать не будет. И никакого больше секса втроём!..
– Но, Платончик...
– Хватит! – Платон неожиданно повысил голос и для убедительности ударил кулаком по столу. Ударил так сильно, что подскочили тарелки и стаканы, а задетая рукой вилка слетела со стола на пол. – Надоел этот разврат. У нас всё-таки семья, или что? Я сказал: надо завязывать! Понимаешь меня, Тома?
Тамара отвела взгляд, притихла и какое-то время сидела в молчании.
Платон же принялся опять погружать в себя пищу, будто бы насилу запихивал её в рот. И при этом не переставал хмуриться.
В какой-то момент супруга вдруг посмотрела на пол и сдержано хихикнула.
– Кстати, не заметил, что вилка упала? Неужели женщина придёт?
...
С этого дня блуд прекратился. Жгучая брюнетка больше не приезжала в гости. И атмосфера в доме постепенно возвращалась в норму.
Разве что Тамара стала какой-то неразговорчивой. Сексом занималась отрешённо, словно не испытывала особого удовольствия.
Платон решил, что это временное явление, и что всё обязательно наладится...
...
Но вот однажды, придя домой с работы, он вдруг обнаружил стоящие у входа большие сумки, с какими обычно отправляются в далёкое путешествие.
– Так, не понял... Чё за фигня?
В квартире кто-то был. Доносилось копошение из спальни. Быстро разувшись и даже не затворив за собой входную дверь, мужчина немедленно отправился туда.
Все шкафы были настежь открыты. На полу тут и там валялись какие-то вещи. Тамара стояла около одного из шкафов. Она хватала свою аккуратно сложенную стопками одежду и закидывала её в очередную сумку.
– Что такое Тома? Куда-то собираешься?
Тамара приостановилась ненадолго, бросила взгляд через плечо. Платон не увидел в этом взгляде ничего, кроме холодного безразличия.
– Да, собираюсь. Я уезжаю, – бросила она таким же безразличным голосом и продолжила складывать вещи.
– И далёко?
– Решила уйти от тебя. Извини, конечно... Но я тебя разлюбила. Тут ничего не поделаешь. Извини...
Мужчина чуть побледнел лицом от неожиданности. Он подошёл к краю кровати и сел.
– А куда уходишь-то? К кому-то, или...
– Да, к кому-то. К Еве ухожу.
– К Еве... в смысле, у неё пока поживёшь?
Тамара опять обернулась. Странная улыбка исказила её лицо.
– А ты так и не понял, Платончик? Я люблю её. Я к ней уезжаю. И с ней буду жить...
– Ч..то?..
Последнее заявление окончательно шокировало Платона. Ком подступил к горлу. Он сглотнул несколько раз. Какое-то время просто сидел и смотрел за тем, как продолжает собираться супруга.
Потом резко встал.
– Но, блин!.. Это какой-то бред!.. Во-первых, Ева – это баба... А во-вторых, она же шлюха! Она трахалась со мной, женатым мужиком, когда ты...
– Нет! – Тамара обернулась в третий раз. И впервые Платон увидел её такой суровой. – Нет, Платончик. Это ты трахался с ней у меня за спиной! Это ты, кобель, водил её по-тихому в нашу квартиру и имел на нашей кровати... Нечего теперь свои грешки на неё валить!
– Так всё-таки... ты ревновала... – осенённый догадкой, задумчиво протянул мужчина.
– А ты как думаешь? Конечно, ревновала. Но знаешь... я совсем не в обиде. Благодаря тебе я обрела её. И это...
Посвящается моему брату