будешь должна, потому что эти три зажима, что поставил тебе я сейчас минусуются от общего баланса. Проигрыш придется отрабатывать своими дырками и не со мной, а с тем ебарем, с которым я тебе велю.
ー Зачем? За что? Мне больно! ー одновременно спрашиваю и протестую я.
Мы не обсуждали зажимы, передачу воли к соитию, мою перепродажу и это точно не то, что я хотела испытать. Я ещё и возмущена тем, что Михаил Петрович решил мне платить, как проститутке и продавать меня, будто я проститука, за мои долги.
ー Затем детка, что после такой подготовки ты будешь кончать от одного прикосновения к твоему клитору или соскам, а мы с ребятами не начнем тебя ебать, пока ты не кончишь хотя бы девять раз. Все, что ты показала, может сделать и вынести только перевозбужденная женщина. Только тогда это приносит удовольствие. А все, что тебе не понравилось, делают актрисы, которые просто терпят. Нам в постели нужна энтузиастка, а не терпила, и я должен быть уверен, что ты получишь удовольствие от того, что мы будем с тобой проделывать.
ー С тех пор, как я познакомилась с тобой не прошло и двенадцати часов, ты ебал только мой рот, а я кончила уже наверное, пять раз!
ー Это очень мало! ー уверенно произнес Петрович и скомандовал, ー встань раком, шалава.
Я снова поплыла от его тона и слов и выполнила его распоряжение. Он осмотрел мою задницу и, взяв за кольцо пробки, начал массировать мой анус круговыми движениями. За эти полчаса я привыкла к пробке и почти перестала её ощущать. Но его властные широкие движения заставили меня стонать и слизывать невольно хлынувшие слезы.
ー Да, да, да! Мишенька, милый, еби свою шлюху, да выеби мой зад, дорогой! ー вырвалось у меня.
Я очень хотела, чтобы он вынул из меня латекс и вставил свой живой хуй. Мне казалось, что если это не случиться немедленно, то я просто умру от разочарования и ожидания.
ー Ну вот, наконец-то! А то заладила Михаил Петрович, Михаил Петрович... Чувствую себя как на совещании. ー Он дернул за кольцо на цепочке, моментально напомнив обо всех трех зажимах.
Хоть бы он не уходил, подумала я, как я хочу, чтобы он выебал мою пизду, вставил в жопу свой хуй вместо пробки, снова проебал мой рот. Эти мысли слились с оргазмом и моими стонами. Я рухнула на живот и не могла пошевелиться несмотря на то, что боль от зажимов в такой позе только усиливалась, и они впивались в тело.
Меня привел в себя телефонный звонок. “Михаил Петрович” светилось на экране.
ー Миша, ты где? ー позвала я.
В квартире стояла тишина. Я вышла в прихожую и увидела, что его обуви нет, а входная дверь слегка приоткрыта. Я закрыла ее и, разглядывая себя в зеркале, сняла зажим с правого соска.
ー А-а-а... ー слезы хлынули из глаз.
Снимать было еще больнее, чем терпеть их установку. Не терять концентрация. Щелчок фотоаппарата. Сжать зубы. Теперь левый, только быстро.
ー А-а-а-а-а.. ー пока я возилась, кровь прилила к побелевшему правому соску и боль удвоилась.
Теперь клитор. Я схватила в рот свой шелковый платок и зажала его между зубами. Руки не слушались меня. Я понимала, что боль будет оглушительной, как сразу, так и после. Делать нечего. Я сейчас сниму это, обнулю счет нашей игры и просто не буду больше этого делать... Или он начнет минусовать счет и сделает меня своей проституткой? Во что я вляпалась!
Через десять минут я вновь пришла в себя на полу своей прихожей. Я вспомнила, что сняв
Телохранитель матери 2: Карточная игра