когда мы вошли на кухню, чтобы приготовить себе обед. Так что теперь я дразнила себя и, вероятно, его тоже; Я знала, насколько вплотную натянуты штаны на моей попке. Я поймала себя на том, что думаю о нем и о его теле. Мне стало интересно, какой он без одежды, и я покраснела…
— Прости?
Я поняла, что он задал вопрос.
— Я спросил, ты можешь достать уксус?
— Конечно.
Я встала, подошла к угловому шкафу и наклонилась, чтобы порыться в нем.
— Черт, - выругался он, отдергивая руку от кастрюли, - брызги горячего масла.
— Нужен лед?
— Да, - сказал он, поморщившись, - пожалуйста.
Я вытащила кубики льда, завернула несколько в мокрое кухонное полотенце и взяла его за руку. Я завернула его в кухонное полотенце, а затем просто держала его, чувствуя, как мурашки бегут по моим плечам. Я пискнула, когда он притянул меня к себе.
— Извини, что ты обжегся, - выдавила я после минутного запыхания.
— Моя собственная глупая ошибка, я должен был бы уже знать лучше. Это же не в первый раз.
Я откинула ткань и поморщилась от вида красного ожога.
— Еще немного времени и льда, и к завтрашнему дню все это будет плохим воспоминанием.
— Время лечит все раны.
— Ты в этом уверен?
Я отпустила его руку, отступила назад, затем взобралась на стойку, чтобы посмотреть, как он заканчивает готовить стейк с глазурью.
— У тебя к этому талант. Я никогда не умела справляться с филе.
— Сковорода должна быть горячей, и тебе нужно хорошо почувствовать изменение цвета, - сказал он, - где будем есть: внутри или снаружи?
— Снаружи, конечно. Зачем сидеть дома, когда день такой прекрасный?
— Это верно. Я возьму поднос, а ты принеси вина.
— Хорошо.
Я взяла два бокала и бутылку "Пино нуар" и последовал за ним к нашему столику на открытом воздухе. Олли накрыл для меня столик, подал салат и занял позицию напротив меня.
— Твое здоровье, Шеннон.
— Счастливого воскресенья, Олли.
Мы чокнулись.
— - -
Я скинула топ и отбросила его в сторону, затем кинулась в воду. Перевернулась, выгнулась дугой, а затем поплыла, закрыв глаза, наслаждаясь ощущением солнца на лице. Через минуту или две я почувствовала колыхание и открыл глаза. Олли присоединился ко мне в бассейне. Я улыбнулась ему.
— Это заняло у тебя достаточно много времени.
— Я не такая выдра, как ты.
— Мм, жаль. Вода - моя стихия. А твоя стихия - воздух.
— Значит, это интерфейс.
Он перевернулся на спину и попытался удержаться на воде, но не смог. Я рассмеялась над ним.
— Все еще не можешь этого сделать?
— У меня плотные кости, - проворчал он.
Он нырнул под воду, и я почувствовала, как он скользнул подо мной, едва касаясь. Я прислушивалась к ряби, которую он создавал, к слабому стуку, когда он оттолкнулся от дальней стены, и чувствовала турбулентность его обратного прохода подо мной.
— Помнишь, как мы плавали в длину? - спросила я, как только он вынырнул.
— Ты всегда побеждала.
— Было приятно иметь что-то такое, в чем я была хороша.
— Ты хороша во многих вещах, Шен. Ты просто не очень-то веришь в себя.
— Ты всегда был моим лучшим болельщиком.
— Кто-то должен выполнять эту работу.
— - -
Я потянулась за полотенцем и обернул его вокруг себя. Юго-западный ветер усиливался, гнал облака над вершиной горы, и температура упала на несколько градусов. Я почувствовала дрожь.
— Извини, Олли, становится слишком холодно.
— Да, я тоже сейчас выйду, - пробормотал он. - С такой скоростью изменения температуры скоро понадобится тулуп.
Вечно