Проснувшись голой, обнаружила, что прикована наручниками к очень прочной кровати, которая была насквозь пропитана кровью очень мертвого любовника, лежащего рядом с ней.
Фу!
В конце концов, мое положение вдруг показалось мне не таким уж плохим.
***
Все это, конечно, сработало, иначе я был бы где-нибудь еще менее комфортно, чем в ужасном сарае, где я сейчас нахожусь. Мой "контакт" сообщил мне, что мои приятели были обнаружены, и за ними был выслан вертолет. Он был перенаправлен, чтобы забрать меня ранее, команда предполагала, что я прилечу с ним, чтобы проверить их и опросить, и мои товарищи с трудом могли в это поверить, когда прилетел вертолет, чтобы забрать их, и мое улыбающееся лицо смотрело на них.
Вернувшись на базу, одетый соответствующим образом и, конечно же, договорившись с ребятами, я был в вертолете с ними четырьмя, как будто я никогда не покидал их сторону, и был засчитан тем же майором, который пересчитал нас. К моему вечному смущению как сержанта отделения, на следующий день именно мне пришлось пожать руку американскому трехзвездочному генералу. Это было сделано в благодарность за то, что мы позволили им уничтожить врага западных наций.
Я принял похвалу, а меня там даже не было, ради всего Святого.
Мои товарищи были очень удивлены. Они никогда не рисковали ничего говорить, но не могли удержаться от улыбки каждый раз, когда я смотрел на них.
Хорошо, что они не дали мне еще одну чертову медаль.
***
Три дня спустя меня вызвали к падре, хотя я не знаю, как именно он достал чашу с ядом.
— Деликатный вопрос для обсуждения с вами, сержант Адамс, - начал он.
— Что же это тогда, сэр? – спросил я.
— Это касается вашей жены, - нервно продолжил он.
— А что насчет Джилл? – выстрелил я в ответ, приподнимаясь со своего места. - С ней все в порядке, не так ли?
— Расслабьтесь, сержант, - попытался он заверить меня. - Она в отличной форме и в полном порядке, но кое-что случилось, пока тебя не было на том последнем задании.
Как только он снова успокоил меня, он объяснил, что полицейский участок забеспокоился, когда ее начальник не явился в тот день и его не удалось отследить. Были заданы вопросы, и когда также было отмечено отсутствие Джилл, кто-то сложил два и два и получил пять, так что, очевидно, кто-то из ее полиции знал об их свиданиях. Когда к нашему дому подъехала патрульная машина и вломилась внутрь, то место происшествия они обнаружили. ....... Ну, вы можете использовать свое собственное воображение. Очевидно, Джилл была в ужасном состоянии и провела неделю в больнице, оправляясь от пережитого.
И, конечно, . ........ Никто даже не связывал меня с этим. Как они могли? Я был за тысячи миль отсюда, сражаясь самоотверженно за Великобританию и ее союзников, не так ли? В некотором роде герой, даже когда моя дорогая жена возвращалась домой и изменяла мне.
Пару моих приятелей в Великобритании допросили, так как я предполагаю, что они думали, что я каким-то образом замешан, но пока из этого ничего не вышло, и я осмелюсь сказать, что со временем дело придется тихо закрыть.
***
Так что же на будущее вы можете спросить.
Я сказал им, что не тороплюсь, но через несколько дней они отправят меня обратно в Блайти в отпуск по состраданию.
Что я ей скажу?
Не знаю, и я не уверен, что вообще увижу ее. Я говорю это, потому что не думаю, что она захочет меня видеть.
Видите, чего я вам раньше не сказал, так это того, что, когда я приковал Джилл наручниками к изголовью кровати, я
Игрушка старшеклассников (продолжение "Переломного уикэнда"). В школьном туалете (окончание)