вкус. Как и твою мочу… Сейчас мне неприятно об этом думать, но в состоянии возбуждения… Это было…возбуждающе. И твои слова, что это доказательство невинности наших развлечений… я их понял.
— Игорь! Ты самый лучший! Давно хотела тебя попросить, но боялась… стеснялась сказать… Это совсем необязательно… Но если вдруг, тебе не будет неприятно…
— Да скажи ты, наконец. Если ты не настаиваешь, я уже согласен.
— М-м-м… Поцеловать меня там, или полизать… после секса… Я… Я готова поцеловать тебя после этого… Я попробую это сделать…
— Не могу обещать. Сейчас, такое не приводит меня в восторг. Но если буду возбуждён, вполне возможно.
— Спасибо! Даже если не сделаешь, всё равно спасибо! Я с работы отпросилась, бегу примерять платье. Встретимся вечером. Помнишь, сегодня у нас в меню Эльвира. Устроим с ней мальчишник! - она поцеловала меня в губы и убежала.
Я действительно собираюсь жениться на этой женщине и прожить с ней всю жизнь? И лет через двадцать, буду смотреть на неё таким же влюблённым взглядом, как и сейчас?
— Сначала, я её трахну. Потом, мы целуемся, а ты меня в попку… Нет, лучше ты меня, пока я её… - по дороге домой, Марина планировала вечернее развлечение. – А если, ты нас обоих? Мы встанем рядом, я такое в порнушке видела! Слушай, сразу столько вариантов открывается! Если третьим, будет парень? Хотя, нет. Я за парня, сама справлюсь. У меня, неплохо получается. Игорь, что ты молчишь? У меня хорошо получалось?
— Великолепно получалось. Ты записывай. Потом, по списку все идеи будем пробовать. За один раз не справимся.
Кажется, предстоящая оргия, волновала Марину гораздо больше, чем завтрашняя свадьба.
Дома, нас ждал небольшой сюрприз, в лице Нины, которая совершенно отсутствовала в порнографических планах Марины. Эльвира сидела в своём наряде распутной горничной, с угрюмым видом. Отчего её наряд казался совсем не таким развратным. Рядом сидела Нина, которая насупилась и смотрела в стену. Было ясно, что они опять поскандалили, и теперь обижены друг на друга.
— Игорь, пожалуйста, - тут же обратилась ко мне Элли. – Я не могу её прогнать. Она сказала, если папа скажет уйти, она уйдёт.
— Уйду! – фыркнула Нина. – Но сначала я скажу, что это несправедливо. Когда над моей мамой издевались, никто меня не прогонял. И никого не волновал мой возраст. Теперь, когда маму любят, мне нельзя на такое смотреть! На что смотреть? Я уже сто раз такое видела, а что-то и сама делала. Но смотреть, неприлично! А когда он бил, было прилично!
Она снова уставилась в стену. Как же была скучна моя жизнь без этой парочки. Я покосился на Марину. Наличие Нины, её уж точно, не вдохновляло. Воплощать безумные идеи, в присутствии дочери… Что-то надо срочно придумывать.
— Нина, понимаешь… Есть вещи, которые делают все, но только друг с другом. В ограниченном кругу... круге. И не признаются в этом, больше никому.
— Я и не предлагаю приглашать зрителей, или кому-то рассказывать. С вами, моя мама счастлива, и я тоже хочу быть счастливой, вместе с вами… и с ней.
Её аргументы казались мне вполне справедливыми и логичными, поэтому я не мог им ничего противопоставить. Та самая откровенность, которую я проповедовал в последние дни, оказалась не так симпатична на практике. Надо срочно придумывать перпендикулярную аргументацию.
— У меня идея! – неожиданно провозгласила Марина. – Я собиралась устроить небольшой девичник, посвящённый мне, любимой. Думаю, посвятить его нашей юной женщине и пробуждающейся в ней сексуальности.
Замечательно, что не я один такой умный. Хоть и непонятно, что придумала Марина.
Отклонение от графика (Части 1 - 5)