свой стул и выебал ее сзади. Она описала в ярких подробностях, как он всегда раздевал ее догола, как заставлял ее стоять на коленях на полу и смотреть ему в глаза, пока ебал ее в рот.
Невозможно было не заметить возбуждения Бекки, когда она скрестила ноги, глядя, как под брюками преподобного Стивенса пульсирует его хуй.
— И, преподобный Стивенс, он выплескивал свою сперму мне в рот. Он заставлял меня проглатывать ее всю, пока я смотрела на него с его хуем во рту. Иногда я просто не могла проглотить все, и она стекала по моему подбородку... Но преподобный Стивенс, знаете, что самое ужасное?
Бекки протянула руку и повернула лицо преподобного Стивенса к себе. Он открыл глаза и посмотрел в самые светящиеся прекрасные зеленые глаза, которые он когда-либо видел.
— Я просто должна признаться, преподобный Стивенс. Вы обещаете, что никому не расскажете, и что не будете думать обо мне плохо? - прошептала Бекки сексуальному пожилому мужчине.
Он только кивнул головой, пристально вглядываясь в ее лицо.
Шепотом она сказала: - Хуже всего то, что... что я скучаю по нему. Я знаю, что преподобный Ги был плохим человеком, и что он делал плохие вещи с людьми. Но иногда я вспоминаю то, что он делал со мной... и, преподобный Стивенс, я скучаю по этому. Вы считаете меня плохой девочкой, преподобный Стивенс?
Его голос был хриплым и сиплым, когда преподобный Стивенс сказал: - О Бекки, нет, я не думаю, что ты плохая девочка. Видишь ли, определенные... э-э-э... побуждения являются нормальными для людей.
Бекки улыбнулась преподобному. - О, я так рада, что вы не считаете меня ужасной!
Он улыбнулся в ответ: - Нет, дорогая, я не считаю тебя ужасной. На самом деле, я думаю, что ты... очень особенная. И очень красивая!
— Преподобный Стивенс, вы думаете, что это ужасно с моей стороны - думать о том, чтобы мужчина раздевал меня, сам раздевался догола и... и делал со мной что-то? Мерзкие вещи? Разве я не ужасна из-за того, что думаю об этом? - прошептала Бекки пожилому мужчине.
Он дрожал, глядя на нее. Он был умным человеком и понимал, что подошел к определенной черте. Если он переступит ее, то поставит под угрозу все, ради чего он работал. Но он также попробует самый спелый, самый запретный плод.
Вздохнув, затем улыбнувшись, он посмотрел в глаза Бекки и сказал: - Нет, ты не ужасна из-за того, что думаешь об этих вещах, Бекки. Я думаю, что любой мужчина в здравом уме захотел бы раздеть тебя. Раздеть тебя, прикоснуться к тебе и сделать с тобой много-много всего!
Бекки была вне себя от радости!
— Преподобный Стивенс, вы имеете в виду непотребные вещи?
Пожилой мужчина улыбнулся и кивнул головой.
— Скажите мне, - сказала Бекки, придвигаясь ближе к мужчине, ее глаза теперь были всего в нескольких дюймах от его глаз. - Скажите мне, что это за гадости!
Мужчина почувствовал, как девушка положила свою тонкую руку на внутреннюю сторону его бедра. Его член запульсировал, когда он сказал: - Раздеть тебя догола и просто посмотреть на твое тело заставило бы большинство мужчин кончить прямо в штаны! - сказал он.
— Оооооо, я бы хотела, чтобы мужчина раздел меня догола и посмотрел на меня. Что еще, преподобный Стивенс? Что еще мужчина хотел бы сделать со мной? - Бекки открыто дразнила пастора, поглаживая краем ладони огромный бугорок между его ног. - Расскажите мне о всех тех мерзких вещах, которые мужчины хотят сделать с моим телом, преподобный Стивенс!
— Я думаю, что если заставить тебя лечь на спину и раздвинуть
На задней парте