металлический шкаф, видимо, в котором раньше хранили малый газовый баллон. Я продрался сквозь траву и сунул лезвие ножовки за его тыльную часть – если мама вернётся, здесь она его точно сама не найдёт, и я смогу решить, находить его или нет.
Несмотря на летний солнечный день, гулять открыто голышом было прохладно, и я побрел обратно в дом. По пути сорвал подорожник, растёр и приложил к расцарапанной ноге. К локтю тоже, хоть там и не было видно раны. Меня всё интересовало, когда же будет автобус? Успеет ли на него мама? Сможет ли зайти и выйти, не выдав себя лицом и не раскрыв позорную тайну костюма? Как скоро доберётся домой? Как скоро приедет за мной?
Вообще мамины насильники оказались на удивление изобретательными, хотя по внешнему виду и не скажешь. Узел такой придумали, шмотки забрали, батарейку вынули, деньги чётко оставили. А что если... Блин, а вдруг эти трое специально так и задумали, чтобы, пока я торчу тут, мама была вынуждена поехать домой одна, где они и будут её поджидать для новой порции разврата и оргий? Они же говорили, что следили за нами, значит, как минимум, знают, где мы живём! Что же будет тогда?
Моя голова закружилась, дыхание перехватило, я вновь, почувствовал человечность, испугался за маму и сел прямо на пол. Мысли стремительно стали носиться у меня в голове: «блин, что же делать? Да ничего я не могу поделать уже – мама далеко, может и до остановки дошла. Не побегу же я за ней голышом. Да и что я ей скажу, вернуться обратно? И какой тогда план? Обратиться в милицию, всё рассказать? Нет, мама чётко дала понять, что это плохая идея для нас обоих. И не позвонить ей – рабочего телефона нет ни у меня, ни у неё. Представляю, как после всех этих пыток она, наконец, уставшая доберётся домой, откроет дверь в квартиру, а там сидят эти трое на диванчике с довольными рожами. Не успеет даже вздохнуть от неожиданности, как один захлопнет за ней дверь, другой сунет кляп в рот, а третий заломит руки и поведёт в спальню для новой групповой ебли. Ещё и хвалить станут, что при «параде» в этот раз пришла. Будут драть мою мамочку уже на её собственной кровати. Нет, с одной стороны, я только за, чтобы её ещё раз трахнули группой, ещё раз изнасиловали, а она непроизвольно трясла ногами и сиськами, пока струйно кончает, заливая женскими соками обои наших стен. Вот только страшно, отпустят ли её потом? Не навредят ли? Да и после такого долгого и томительного путешествия с фаллосом, больно упирающимся в матку, может у неё из пизды будет идти кровь? Едва ли это остановит распылённых самцов – будут трахать, пока она корчится от боли. Хотя, может, это и хорошо: кайф от ебли постепенно затмит боль, и мама станет наслаждаться. И когда же она тогда за мной приедет? Ночью? Завтра? Послезавтра? Сколько эти трое будут с ней куролесить? И как же я тут без еды и воды?»
Это было уже ни фига не заманчиво, я и так не ел, и не пил с самого утра. Кстати о воде, я давно хотел поссать, но как-то всё забывал. Я бы мог сбегать за угол дома, но решил помочиться в сортире в доме, где писала мама. Всё же приятно находиться там, где недавно была её пизда. Подойдя к очку, я поднял сидушку и начал самозабвенно мочиться. Как же долго я этого ждал! Наконец-то, облегчение! После оргазма
1000 минетов