Мы знали это, потому что всё, что на ней было надето, — это тщательно продуманная маска, фиолетовые туфли на высоких каблуках и краска для тела, очень стратегически расположенная. У нее, казалось, был слегка смуглый цвет лица, хотя тогда мое зрение, по общему признанию, изменилось.
Тем не менее, она выглядела покрытой светло—золотой основной краской и фиолетовой краской, покрывающей ее грудь, живот и область промежности, с маленькими фиолетовыми завитками по всем рукам и ногам.
В любой другой ситуации ее вполне могли бы арестовать, но это было за три дня до Марди Гра в Новом Орлеане на полузакрытой вечеринке в жаркую, душную ночь, и она была не единственной обнаженной или полуобнаженной женщиной — или мужчиной — среди присутствующих. Просто она была самой красивой.
Если я доживу до ста лет, я никогда не узнаю, почему она выбрала нас в качестве своих товарищей по вечеринке. Она никогда не говорила, и никто из нас никогда не спрашивал. Может быть, потому, что мы не пытались произвести на нее впечатление, как некоторые другие Ромео.
Наши костюмы не были экзотическими или оригинальными. Я был одет как римский гладиатор (gladiator, “glad-he-ate-her” — “рад, что он съел ее”, ха-ха), а Ник — как какой-то греческий бог.
Я нашел старые сандалии, которые у меня были, и прикрепил к ним кожаные ремешки, чтобы они выглядели как римская обувь. На мне была пара обтягивающих спортивных шорт со школьных времен, еще до того, как мешковатые шорты стали нормой, и кожаная юбка, которую я разрезал на полоски, чтобы она выглядела, как одежда гладиатора. У меня даже был пластмассовый меч и ножны.
Как я уже сказал, не очень экзотично и не очень оригинально, но зато оголялась грудь, а я довольно ухоженный парень. Я играл в бейсбол в старших классах и всегда был в форме. Ник не был атлетом, но он был довольно крупным, как я, к тому же он умел обращаться с женщинами.
Его костюм был еще проще, чем мой. Он просто разрезал старую простыню, чтобы она выглядела как туника, нашел пластмассовую гирлянду для головы, посыпал все тело блестками и вот так просто стал богом.
Эй, это был Марди Гра. Подобное дерьмо подходит для и во время карнавала, в любое другое время над ним бы смеялись.
В общем, эта голая женщина вошла в толпу, игнорируя обычные уговоры горячих парней, которые так и норовили ее подцепить, и встала рядом с нами, покачиваясь в такт музыке.
Ник подошел к женщине и непринужденно завел с ней беседу, я думаю, рассказывая о группе. Я не знаю, потому что она повернулась, чтобы посмотреть в мою сторону, и я был захвачен в плен двумя горящими зелеными глазами, которые выглядывали из—под ее маски.
У нее был самый пронизывающий взгляд из всех женщин, которых я когда-либо встречал, до или после. Реально, они преследовали меня с той ночи.
Она сказала, что ее зовут Мирабель и что она из Канады, не уточнив более ничего. Я не был уверен, говорит она правду или нет, но ее акцент определенно не был похож на ятский.
Ник представил нас (кстати, я Пол) и предложил принести ей выпить, что оставило мне возможность узнать немного о ней и ее загадочных глазах. Она сказала, что гостит у кузины, которая живет в городе, и наслаждается своим первым Марди Гра.
Пока мы болтали, она разглядывала меня с ног до головы с холодной отстраненностью, которая не вполне скрывала дикий сексуальный голод, заставлявший меня дрожать. Я и так был возбужден, а эти косяки только усилили мое возбуждение. Я
О людях и Тварях