в маленькой столовой довольно старого дома на окраине. Я заметил что-то настолько редкое, что я не помнил, чтобы такое случалось раньше, а именно, что дети моих друзей отсутствовали в доме. Они явно хотели, чтобы их отпрыски не вмешивались в наши разговоры. После обычных безобидных дежурных фраз последовала неловкая тишина за столом, и вдруг Светик бесстрашно бросилась в омут. И результат оказался совсем не таким, как я ожидал!
— Ах! Андрей, - начала она, - ты знаешь, что с нами происходит?
— Нет. Объясни мне!
— Хорошо. Возникла такая вот ситуация. Нас приглашают на одно мероприятие, и мы не знаем, что делать, если ты понимаешь, о чём это я!
— Нет, не так, чтобы очень. Принимать приглашение или нет, судить только вам!
Признаюсь, этот вопрос меня очень удивил, но поскольку я знал, что за простой внешностью может скрываться что-то гораздо более сложное, я позволил им продолжить.
— Нас приглашают...
— Итак, - взял инициативу в свои руки Ромуальд, - наконец-то нас пригласил один из наших друзей антикваров (один парень, кстати, немного особенный, посчитал необходимым подчеркнуть Ромуальд) …в одно заведение... вернее сказать... скорее в фирму ...
— И это всё! Немного особенный! Объясните, что вы имеете в виду!
С несколько натянутой улыбкой Светик взялась просвещать меня.
— Знаешь, в чём подвох… одна мелочь, деталь. Они просят нас прийти вместе! Ты понимаешь, о чём это я?
— Вместе? Боже мой!... Ах!... Понятно! (На самом деле, я даже не не мог себе представить, что их так вдруг взволновало, о чём это они так таинственного говорят).
— Понимаешь, они очень настаивают на том, чтобы мы пришли вместе. И дали понять: мужчина и женщина! Как будто боялись, что им не хватит женщин! Ты понимаешь, в чём фокус, а!?
В этот момент разговор казался мне совершенным сюром, если только Светик с Ромуальдом не решили найти свою дорогу в Дамаск, то есть, по старой христианской традиции, не стали искать свой особенный путь, отказались от своих старых идей и решили принять новые, которые мы сейчас будем горячо обсуждать. Но хотелось в этом убедиться!
— И всё-таки почему это вас беспокоит!
— Хорошо! Да! Мы, когда мы куда-то ходим - кроме, конечно, тех случаев, когда Ромуальд ходит на охоту с друзьями... мы всегда ходим туда вместе!
— Так что тебе не о чем беспокоиться.. .
— Но почему они так на этом настаивают?
— Сначала давай посмотрим, говорим ли мы об одном и том же месте... Вас пригласили в свингер-клуб?
Светик покраснела, как маленькая девочка, держащая руку в банке с вареньем, которую она только что вытащила тайком из холодильника, а мама застукала её за этим занятием.
— Ба! Как ты догадался. Да... – произнесла она тихим голосом...
— Значит, организаторы хотят убедиться, что всё пройдёт хорошо и без ненужных эксцессов!
— Да, хорошо, возможно? Но почему?
— Единственная проблема, которую я вижу… это... сможете ли вы принять то, что некоторые люди ведут себя.. . немного прямолинейно!
— Прямолинейно?
— Если среди других присутствующих найдутся персоны, у которых внезапно возникает неудовлетворенное желание ласкать друг друга… Не будете ли вы шокированы, если это будет происходить на глазах у всех… эти интимные ласки!
— Интимные?
— А! Очень интимные! Даже очень интимные! А если мешает одежда, один может идеально раздеть другого, и никто не обратит на это внимание!
Не знаю, открыл ли я им новые горизонты, но они вели себя так, как будто я действительно сделал это. Светик распахнула глаза, отмеченные удивлением, и у неё случилась остановка дыхания, пока, отдышавшись, она не расхохоталась. Ромуальд немного спокойнее отреагировал на мой стиль изложения
Как далеко все это, но хочу.