собираюсь её использовать. Завтра меня могут посадить под замок.
После того, как Джек поставил багаж, Кэтрин повернулась к нему лицом и спросила:
— Почему ты никогда не пытался меня поцеловать?
— Ты сказал мне, что не хочешь, чтобы я прикасался к тебе.
— Это же была только первая ночь. Тогда я тебя не знала. Прошло почти два месяца. У тебя было много возможностей.
— Ты хочешь узнать настоящую причину?
— Да, хочу. Назови её мне.
— Это было бы обманом. Когда женщина целует меня, я хочу, чтобы это было потому, что она хочет поцеловать меня, а не потому, что она мне что-то должна. Я хочу, чтобы ты была независимой женщиной. Самодостаточной хозяйкой своей судьбы. Я хочу, чтобы ты поцеловала меня. Очень хочу. Но только из-за того, кто и какой я есть, а не из-за того, что я для тебя сделал.
Она притянула его и поцеловала в губы.
— Разве ты не хочешь быть белым рыцарем, который спасает девицу и влюбляется?
Он провёл пальцами по её волосам и сказал:
— Никто не может нас спасти, кроме самих себя.
— Ты не думаешь, что спас меня той ночью?
— Я просто вытащил тебя из пробки.
Джек наклонился и взял её за руку. Он поднял её руку и слегка погладил её татуировки.
— Вот это твоя тюрьма. Из неё тебе надо спасаться. Всё, что я могу сделать, это стоять снаружи и надеяться, что ты найдёшь путь ко мне.
Кэтрин снова поцеловала его. Её язык прошёлся по его губам, когда он прижал её тело к себе.
Она оттолкнула его.
— Что, если я никогда полностью не сбегу из тюрьмы?
Он поцеловал её в лоб.
— Я не думаю, что ты когда-нибудь полностью избавишься от эмоциональных шрамов. Но я не хочу, чтобы ты обижалась на меня через пять или семь лет.
— Ты будешь рядом со мной через пять или семь лет?
Он пожал плечами.
Она расстегнула верхнюю пуговицу его рубашки.
— Я не единственный человек в комнате с эмоциональными шрамами, и я не хочу ждать, пока наши шрамы полностью заживут.
Джек улыбнулся и поцеловал её.
Их языки переплелись у нее во рту, а затем смешались в его.
Он отстранился и спросил:
— Что случилось, когда мы в последний раз были вместе в этой комнате?
— Я не знала тебя, и не была готова к чему-то серьёзному. Я испугалась.
— Теперь ты готова?
— Почти, но у меня есть некоторые правила. Ты не можешь делать ничего, что напоминало бы мне о моем насильнике. Я хочу, чтобы ты лёг на кровать и позволил мне взять на себя управление. Не трогай меня, пока я не скажу, чтобы ты прикоснулся ко мне. Не говори, пока я не заговорю с тобой, и не вздумай стонать, что бы я ни делала. Не стонать. Никаких стонов. Понятно?
— Понятно.
Кэтрин медленно расстегнула вторую пуговицу на его рубашке.
— Почему ты остановился ради меня той ночью?
— Это был "правильный" поступок.
— Да, но мимо промчались сотни людей. Почему именно ты остановился?
Она расстегнула следующую кнопку, пока ждала его ответа.
— Я думаю, это потому, что человек, которым я стремлюсь быть, остановится бы. Этот человек никогда не торопится. Он уделяет время людям. И он всегда останавливается.
Она расстегнула последнюю пуговицу, сняла с него рубашку и запустила пальцы в волосы на его груди.
— Наверное, тебе лучше было бы стать космонавтом или президентом.
— Да, но иногда меня полностью трахают разные...
Она засунула большие пальцы в его штаны и спустила их вниз.
— Ну, ты точно будешь трахаться сегодня вечером. Это я тебе обещаю.
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть - 19