— Мне тут еще кое-что закончить надо... Давай, шевели попой, Оксанка!
***
Шнурок втискивал член в Чичу и не мог поверить своей удаче. Еще вечером эта шмара крутила хвостом перед его носом, а уже ночью готова подставить Ваське любую дырку. Чудеса! «Кстати, любую ли? Надо бы проверить, » — подумал счастливчик и, продолжая сношать женскую вагину, принялся указательным пальцем надавливать на Светкин задний проход. Реакции не последовало, и парень пропихнул в шоколадный глаз палец на одну фалангу.
— Вытащи, — задергалась Светка. — Не трогай!
— Ладно, ладно... — Шнурок отказался от затеи поиметь Чичу в зад. Да и вряд ли он у нее чистый. С чего бы вдруг ему быть чистым...
Васька снова схватил за бедра свою нежданную любовницу и продолжил размашисто вколачивать свой детородный орган в то место, которое для этого и приспособлено.
Света, стоя на коленях и предоставив Шнурку в пользование влагалище, размышляла о том, для чего Слону от нее вдруг понадобилась такая пикантная услуга? «По любому ведь затевает что-то... Только вот что? Да какая разница, главное, что я теперь с него не слезу, пока он обещанного не выполнит. А он выполнит! Он ведь не то, что Шнурок... Хотя у Шнуреныша, оказывается, хер-то неплохой... Побольше и потолще, чем у жиробаса. Ох!..»
Чича начала заводиться не на шутку, потому что Васька долбил ее в бесперебойном режиме, затрагивая нужные нервные окончания. Она задышала сильнее и даже начала постанывать, удивленная тем, что мелкий приспособленец и чмошник на что-то все же способен.
— Давай! Не тормози только! — шипела Светка подгоняя Шнурка.
Тот уже закатывал глаза в предвкушении окончания процесса, как с улицы вдруг послышались крики, звон стекла, будто кто-то разбил бутылку, а затем и вовсе раздался трехголосый вопль почти нечеловеческой природы.
— Чего это? — дернулась Чича.
— Погодь!.. — закряхтел Васька, и принялся выстреливать скопившийся в яйцах заряд спермы прямо в Светкино нутро.
— Да че ты делаешь-то, урод! — завизжала девчонка, возмущенная спермой во влагалище и удивленная крикам со двора. — Дебил! Гнида тупая! Иди лучше посмотри, чего там за ор!
Крики и шухер не прекращались, поэтому Васька вскочил на ноги и вылетел пулей из комнатки, куда Светка заволокла его для утех. Чича вытерла сочащуюся мужским семенем промежность и натянула джинсы, с остервенением думая про себя: «Блядь, еще с пузом ходить не хватало. Еще и от этого... Да правда, что они там орут-то?!»
Девчонка оцепенело стояла на крыльце и с удивлением наблюдала, как Хлюп, Витька и Петро, охваченные пламенем, барахтаются на земле, издавая звериный вой, а ничего не соображающий Шнурок и полупьяный Серега пытаются сбить с них огонь. Ворота частокола болтаются, еле держась на петлях, джипа во дворе нет, а на завалинке у дома сидит Дедок и, попыхивая самокруткой, мудро, но спокойно взирает на весь этот шухер, изредка сплевывая горькую слюну.
Светка подошла к Деду, присела рядом на корточки и спросила:
— Дедуль, а че тут случилось-то? Видел?
— Видал, — кивнул важно старик.
— Ну? И че произошло-то?
— Да бог его знает... — пожал Дед плечами. — Слон в этих троих бутылку с горючкой запузырил. Ну эту... как ее?.. Самовозгорается которая... Замок с ворот сковырнул, прыгнул в тачку, да и был таков.
— Бля-а-а, — протянула Светка. — А зачем?
— Не ведаю того, — прохрипел старик, откашлялся и подытожил: — Запузырил — значит надо было.
— Он один был?
— Не, с этой... как ее?... С Оксанкой. Вместе они были. Так-то вот...
«Вот же псина... Кинул, ублюдок!..» — мелькнуло в голове
вот она жизнь