красном бархатом диванчике, обнаружил начальник лейб-гвардии. Он приподнял её с дивана и осторожно понёс свою драгоценную ношу в спальню императрицы. Положив государыню на аккуратно застеленную постель, офицер поправил её слегка задравшееся платье. Подумал, прислушался, покрутил головой и вернул подол платья в прежнее положение. Подумал ещё и приподнял подол ещё выше, а потом и ещё. Осторожно пригнулся, прильнув лицом к нежнейшему белью императрицы. Ноздри офицера раздувались, ощущая тонкий возбуждающий запах женщины. Чувствуя себя государственным преступником, он осторожно развязал тесёмки тонких панталончиков, обнажая пухленькую попу императрицы. Он уже нервно дышал, облизывая пересохшие губы. Торопливо расстегнул ширинку галифе и осторожно лёг, пристроившись за государыней. Выпучив глаза и не дыша, он подался тазом вперёд и тут же замер в ужасе.
— Боже мой, это опять вы, Юродский?! - сонно пробормотала императрица.
Пенис офицера верноподданически замер на полпути в царственное влагалище.
— Полковник Свойцеховский, ваше величество! - почтительно ответил гвардейский офицер.
— Ах, продолжайте... Генерал.
А в это время войска императора Константина уже готовились взять столицу империи Соскву...
Прелюдия к трагедии