мальчика не его собственной крови ничего не изменило, он относился ко мне так, как будто я был его. Однако он так и не усыновил меня, позже я узнал, что, пока я был приемным ребенком, они получали немного денег. Я не мог их винить, они были бедны, но, с другой стороны, все фермеры бедные.
Как только мне исполнилось восемнадцать, они могли бы дать мне свое имя, но к тому времени я этого не хотел, в штате Мэриленд была программа, по которой такие дети, как я, получали финансовую помощь, если они продолжали свое образование после окончания средней школы. Они бы усыновили меня, но у них не было денег, а я хотел получить образование. Мне нужны были деньги на грант. Я учился в университете Солсбери, пока у меня не закончились деньги. Я действительно получила сертификат медбрата. Я всегда хотел быть врачом. Я еще не закончил обучение.
Я не скажу, что мой приемный отец был сильно любящим, но он был честным и беспристрастным. Да, он бил меня так же сильно левой рукой, как и правой. Я люблю этих людей, им не нужно было брать меня, но они взяли. Они кормили меня, заботились обо мне, и я получал много любви и внимания. Мои биологические мама и папа мертвы, но мои настоящие мама и папа находятся всего в одном телефонном звонке. Вот с этого я и начну. Я позвоню им.
******************
Черт возьми, прежде чем я что-нибудь сделаю, я должен зайти в квартиру.
Я решил немного подождать. Я объехал вокруг. Я проехал мимо ее родителей, проехал мимо Аллена, а потом поехал в "«Орлиное гнездо»". "«Орлиное гнездо»" - это бар-ресторан недалеко от того места, где я живу. Это настоящая дыра. Вирна, моя сучья невестка, работает там.
Ну, я вошел, бочком подошел к бару, помахал этой сучке и заказал пиво.
Ей потребовалось добрых двадцать минут, чтобы добраться до меня. Она как бы ухмыльнулась:
— Какой еще "Пабст"?
— Я спросил ее: Что не так с "Пабстом"?
Она сохранила эту дерьмовую ухмылку на своем мерзком лице и ответила:
— Тебе нравится пить мочу? Почему бы тебе просто не сходить в туалет и не получить это из первых рук? Это тебе даже ничего не будет стоить, просто помни, что моча в писсуаре - это не мятная конфета.
Я нахмурился и прорычал в ответ:
— Просто принеси мне пиво, сука.
Она наклонилась и налила мне глоток:
— Вот, дурачок.
Я взял бокал, выпил, ухмыльнулся и ответил:
— Я хотел бутылку.
Ленивая корова отошла на пару футов, полезла в сундук со льдом, вытащила бутылку, открутила крышку, вернулась и протянула ее мне:
— Вот, придурок, я даже открыла ее для тебя. Я полагаю, у тебя нет ни сил, ни мозгов, чтобы легко открутить крышку.
Я сделал пару глотков и возразил:
— Я не понимаю, как такая милая малышка, как моя Марти, и такая мерзкая пизда, как ты, могли быть сестрами.
Она скорчила мне гримасу:
— Ты тупой мудак.
Она поймала меня. Я спросил:
— Что это должно означать?
Она снова ухмыльнулась:
— Ты действительно глуп.
Я достал бумажник:
— Сколько я тебе должен?
Она скривилась:
— Ничего, считай это благотворительностью.
— Благотворительность? - спросил я, - мне не нужна никакая благотворительность, тем более от тебя.
Она направилась к другому клиенту, на ходу сказав:
— Тебе лучше вернуться домой, придурок.
Мне не хотелось продолжать разговор, но я все равно спросил:
— Что ты хочешь этим сказать?
К тому времени она уже была с другим клиентом. Я подслушал, как парень спросил:
— Кто это?
Я услышал, как она ответила:
— Просто мой шурин - самое тупое дерьмо в Хагерстауне.
Любимая заместительница