— Посмотрим, — сказал он. — Вон там на столе лежит коробка. Принеси ее мне.
Я увидела стол, на который он указал, и пошла сквозь танцующую толпу, мои покачивающиеся бедра задевали танцоров, когда я шла. На столе стояла небольшая деревянная коробка. Она оказалась на удивление тяжелой, когда я подняла ее. Я принесла ее Хамиду, изо всех сила стараясь изобразить из себя джиншу.
— Спасибо, — сказал он, но не сделал никакого движения, чтобы взять коробку, когда я протянула ее ему. — Открой ее.
Крышка была на петлях. Я открыла ее, и мое сердце сжалось от увиденного. В коробке лежал гладкий черный пистолет с длинным цилиндром глушителя. Хамид наблюдал за мной, пока я доставала пистолет из коробки. Казалось, он набирает вес, когда я беру его в руку. Я подумала, смогу ли я выстрелить из него и выбраться из номера.
— В нем только одна пуля, — сказала Хамид. — На танцполе — блондинка. Она топлесс и с розовым цветком в волосах. Ранее она пролила на меня напиток. Я хочу, чтобы ты подошла к ней и выстрелила ей в сердце.
— Что?
— Сделай это, — сказал Хамид.
— Я не буду, — сказала я и опустила пистолет.
Глаза Хамида сверкнули. Он казался забавным.
— Башан, — сказал он.
Как только он произнес это слово, моя спина напряглась. Это слово Фуад вложил в меня. Как будто мой мозг превратился в ряд старомодных переключателей, которые только и ждали, чтобы их подключили к желаниям Хамида.
— Возьми пистолет и застрели женщину с розовым цветком в волосах, — сказал Хамид.
Мое тело не принадлежало мне. Я была немой, кричащей пленницей в клетке своего тела и головы, когда отвернулась от Хамида и вышла на танцпол. На моем пути встал мужчина, и я грубо оттолкнула его в сторону. Я увидела блондинку с розовым цветком в волосах. Она была повернута ко мне спиной. Она трясла своей попкой, едва прикрытой бикини, в мою сторону. Я медленно протянула руку и потянула ее за плечо, чтобы развернуть.
— Какого черта ты... — Ее гнев угас, когда она увидела пистолет. Она подняла руки, защищаясь.
Я нажала на курок, и кровь, казалось, разлилась по ее голой груди. Мне потребовалось почти столько же времени, сколько и моей жертве, чтобы понять, что я только что выстрелила в нее пейнтбольным шариком, а не настоящей пулей. Ее страх перерос в ярость, и она с рычанием бросилась на меня. Мое тело внезапно снова стало моим собственным, и я схватилась с блондинкой на полу номера. Танцы вокруг нас прекратились, и толпа расступилась, когда к нам подошел Хамид.
— Да, — сказал он с весельем, когда я перекатилась на девушку и прижала ее к полу коленями. — Думаю, я сделаю за тебя большую ставку.
Запыхавшаяся, исцарапанная, измученная физически и эмоционально, я наконец-то смогла покинуть магнетическое притяжение Хамида. Фуад встретил меня у двери.
— Он хитрый, — сказал мой тренер.
В тот вечер я чувствовала себя использованным как никто другой. То, как Хамид переключил меня, сказав всего одно слово... это заставило меня усомниться в своем самоконтроле. Неужели я действительно могу быть марионеткой для удовольствия другого человека? Для его развлечения? Хуже того, я не заметила ни одной зацепки, чтобы потом уличить Хамида, когда была в его номере. Что-то в его высокомерии подсказывало мне, что я, возможно, не все упустила.
— Фуад, — сказала я, снова следуя за ним в душ, — его действительно зовут Хамид?
Он усмехнулся. — Да. Почти никто из наших участников торгов
Б@р...