и опускались вместе с ее вздохами возбуждения. Я лизала ее до тех пор, пока она не задрожала, прижавшись к моему лицу. Я притянула ее к себе и утопила свою похоть в горячей струе ее влаги.
Она ответила тем же, на узкой кровати. Я растянулась на спине, светлые волосы, как пролитое золото, сжимая грудь, ноги в воздухе, когда молодая студентка встала на колени на кровати и лизнула меня. Она была осторожна, но заинтересована. Ее похоть была такой же реальной, как и моя, и с лихвой компенсировала ее неопытность. Ее пальцы приоткрыли мою бархатную щель, а ее язык исследовал горячий канал моей пизды. Ее губы коснулись моего напрягшегося клитора. Я выгнулась дугой на кровати и прижалась к ее языку.
— Выеби меня своими пальцами, — простонала я. — Выеби меня и. .. оооо... еби меня ими и соси мой клитор. Соси... сильнее... О дааа... Бет!
Она быстро училась. Когда ее пальцы впились в мою сжимающуюся пизду, а ее надутые губы сомкнулись вокруг моего клитора, лихорадка наконец спала. Это было крещендо, сводящее пальцы ног. Я крепко держала ее голову одной рукой, втягивая ее в свою пизду, побуждая ее криками удовольствия сосать изо всех сил. Когда я спустилась с вершин своего оргазма, я притянула ее к себе, и наши губы встретились в диком поцелуе, полном взаимопонимания и вожделения.
— Я вытащу тебя из этого, — сказала я.
— Я знаю, — ответила она и положила голову мне на грудь.
Я надеялась, что смогу выполнить это обещание. Страх, что мне, возможно, придется оставить Бет здесь, давил на меня и раньше. Теперь, когда я пообещала ей, это было похоже на десятитонный камень.
— Нужна лента, — сказала Ольга, которая расчесывала волосы в зеркале все то время, пока мы с Бет облизывали друг друга.
— Мистер Кинг сказал, что у Прайса была лента, — сказала Бет.
— Я ухожу, — сказала Ольга. Увидев возможность для большего удовольствия, Бет попыталась обхватить меня ногами и прижать к себе еще крепче. Я оттолкнула ее и вскочила с кровати, чтобы остановить Ольгу, прежде чем она уйдет.
— Я пойду, — сказала я, оттаскивая Ольгу от двери. — Мне нужно кое о чем поговорить с Прайсом.
Ольга пожала плечами, но добавила: — Ты не сможешь еблей найти себе путь на свободу.
Я накрылась одним из розовых шелковых халатов, которые нам дали. На груди был вышит герб замка Фалькенберг. Я вышла из комнаты, и меня поразил прохладный, свежий воздух в коридоре за ней. Кабинет Прайса находился через холл. Я знала, что двери в обоих концах коридора, ведущие в остальную часть замка, были заперты. Я попробовала их в тот день, когда мы приехали.
Войдя, я постучала в дверь Прайса. Он оторвал взгляд от своего стола и улыбнулся той нервной улыбкой, которая всегда казалась мне такой, будто я застала его за тем, что он делал то, чего не должен был делать.
— Эмили, тебе не следует быть здесь, — сказал Прайс.
— Я должна была увидеть тебя, — сказала я и закрыла за собой дверь. — Бертон...Он послал меня за лентами для наших волос...Но...
— Но ты пришла не за этим? — с надеждой спросил Прайс.
— Нет, — признался я. — Это не так.
Я начала обходить стол, короткий халат едва доставал мне до зада. Спереди он был открыт до пояса, боковинки моих грудей обнажены почти до сосков, которые были твердыми и виднелись под тонкой тканью халата. Прайс Хэмпшир наблюдал, как я приближаюсь. У него было пухлое тело ребенка-переростка. У него не
Сокурсница Оксана,ч.3