но я ввожу в нее пару пальцев и нежно прихватываю складки зубками. И вскрики становятся заполошными, тело бьется передо мной в пароксизме удовольствия, а я чувствую пульсирующие сокращения и пальцами внутри и губами снаружи. По костяшкам моих пальцев буквально текут ее соки, как и на простынь. И я, завороженная зрелищем и протыкаемая раз за разом огромным членом, не выдерживаю в свою очередь. Меня так же бьет в сладких судорогах, я растворяюсь во времени и пространстве, от меня остаются только наслаждающиеся стенки влагалища, сжимающиеся на твердом толстом члене.
А потом меня, еще сотрясающуюся в последних судорогах, властно разворачивают лицом к вздыбленному члену. Рядом - Ева, мы с трудом балансируем на не очень широком столе, но без пререканий принимаем положение жриц, которые падают ниц перед богом, и с таким же вожделением принимаем его сперму, брызнувшую нам в лицо. Мгновенно наши мордашки уделаны белыми потеками остро пахнувшей жидкости, а мы старательно открываем ротики и высовываем языки, чтобы получить побольше лакомства... И нас кормят им досыта – так, что сперма течет по подбородкам и капает тяжелыми каплями на простынь... Как жаль, что наш мужчина не может наблюдать нас сзади – наши дырочки вновь начали сокращаться – только от того, что он кончил нам на лицо и в рот...
"Тётя" Яна.