через весь город за детьми и отвезла их в свою квартиру. В течение суток не было никаких новостей, и она чувствовала такое же напряжение, как если бы это был ребенок ее дочери. Когда телефон, наконец, зазвонил, она позволила Эми ответить, и это были новости, которых они так долго ждали. У Эми родился ещё один брат, которого назвали Оливер Грэм, в честь отца Хейзел. Кэролайн взяла трубку, чтобы узнать, все ли в порядке, и передать Джеку и Хейзел свои поздравления. Она была очень рада получить приглашение приехать навестить их, как только захочет.
Они сразу же отправились к ним и обнаружили, что Хейзел кормит беззубого лысого Оливера Грэма. Кэролайн села рядом с ней на диван, а Хейзел отняла ребенка от груди, вытерла ему рот и передала ей. Его лицо скривилось, и он готов был заплакать. Кэролайн взяла его под мышки, чтобы растянуть животик, и он отрыгнул, выражение его лица сразу прояснилось. В ее руках была миниатюрная копия Джека, с сурово нахмуренным взглядом, по крайней мере, так ей показалось. Прижимая к себе ребенка, она была спокойна так, как не была спокойна уже давно. Оливер Грэм взмахнул ручками, и схватил ее за указательный палец. Джек улыбался, а Бен и Эми протиснулись вперед и с удивлением смотрели на своего крошечного брата, их семья была в полном составе. Ее ошибки причинили вред всем, кто был для нее важен, за исключением Оливера Грэма, совершенного во всех отношениях. Она должна быть смелой и перестать оглядываться назад. Жизнь была там, снаружи, и ждала, чтобы протянуть ей руку помощи. Никогда не поздно начать все сначала, и теперь она знала, как всё исправить.
Самый лучший день