— Да, я почувствовал, как что-то теплое, внезапно внутри меня, это было похоже...струи теплой воды, но я определенно это почувствовала.
— Я имею в виду... все было нормально?
— О да, о да... Господи... это было просто невероятно, я понятия не имела, что все будет так. Другие вещи, которые мы делали с тобой, были потрясающими, но это было просто за гранью, а как насчет тебя?
— Да, то же самое, это не то, что я забуду, но мы никогда не сможем ничего сказать кому-то другому.
— Я знаю, но я тоже никогда этого не забуду.
— Сью, я все еще внутри тебя.
— Я знаю, эмм... Можно мне посмотреть?
— Если ты хочешь, - сказал я, удивленный ее просьбой.
Я отодвинул верхнюю часть своего тела назад, пока она не смогла частично сесть. Она посмотрела вниз, туда, где мы соединились.
— О, Бен, это так сексуально - видеть, как он входит в меня, хотела бы я видеть, как он входит и выходит. Пока я это чувствую, тебе не кажется, что это было бы очень эротично?
— Я уверен, что так и будет.
— Да, может быть, - сказала она задумчиво, - но нам нужно прибраться. Смотри, он становится мягким, и вся твоя сперма выходит из меня на простыню.
— О, черт возьми, так и есть.
Она обняла меня.
— Не мог бы ты... Хочешь когда-нибудь повторить это снова? – спросила Сью.
— Да, - ответил я, - но мы должны быть очень осторожны. Это слишком рискованно, не используя предохранение. Нужно будет получить доступную таблетку так, чтобы никто не знал.
— Я подумаю об этом, - задумчиво произнесла она, - но давайте со всем этим разберемся. А то родители скоро вернутся.
То, что мы чувствовали друг к другу, когда наконец прошли "весь путь", должно быть, проявилось в нашем поведении в течение следующей недели, поскольку мама продолжала бросать на нас странные озадаченные взгляды. У меня сложилось впечатление, что она сообразила, что что-то между мной и сестрой происходит, но не могла понять что именно.
Мы со Сью продолжали выполнять свои обычные обязанности по дому, включая уборку со стола после ужина и мытье посуды. Это дало нам возможность короткое время побыть вместе, чтобы обсудить все тихими голосами, пока наши родители смотрели телевизор в гостиной. Мы знали, что они обычно смотрели весь выпуск новостей и почти никогда не возвращались на кухню, пока новости они не заканчивались. Обычно я стоял боком рядом с сестрой и складывал в сушилку посуду, которую мыла сестра. Я мог бы также поглядывать в сторону кухонной двери и тихо говорить ей прямо в ухо. За последние несколько дней у нас вошло в обычай, что она позволяла мне засовывать правую руку, которая была ближе всего к раковине и которую никто не мог видеть, входя в кухню, под ее короткую юбку, и нежно массировать ее холмик во время мытья посуды. А в левой руке я держал большую тряпку для сушки посуды, и это еще больше защищало нас.
Я не мог засунуть руку за перед ее трусиков, так как было бы слишком сложно быстро снять их, взять тарелку и начать вытирать, если бы кто-нибудь неожиданно подошел к кухне. Сегодня вечером на ней были немного более свободные трусики, и я смог просунуть палец под дырочку на ноге, так что я фактически скользил им вверх и вниз между ее влажными половыми губками. Мне удалось занять такое положение, когда я мог проникнуть в нее пальцем, и
Один день моей жизни