в колледже, если бы моя мама находилась рядом, постоянно пытаясь втиснуть в эту жизнь тайные сеансы, на которых я кончаю в неё. Приятно? Безусловно. Нормально? Увы, нет.
Потерявшись в этих мыслях, я почти не услышал, как мама продолжила.
— Осталась ещё одна неделя, - сказала она. — Ты всё еще рад помочь мне?
Я с энтузиазмом кивнул, вызвав у мамы улыбку.
— Конечно, мам! Я люблю тебя, ты знаешь, что я сделаю всё, чтобы помочь тебе.
Это заставило маму улыбнуться еще шире и застенчиво опустить глаза. Не раз казалось, что мама получала от наших сеансов даже больше удовольствия, чем я. По количеству оргазмов, которые мы получали, я полагал, что мы, вероятно, находимся на одном уровне. И всё же, видеть, как светлеет её лицо, и знать, что я делаю маму счастливой, было совсем не так приятно, как все эти оргазмы.
— Ну тогда, - сказала она, взглянув на меня. — Не хочешь зайти ко мне в комнату и снова оказать мне услугу?
Этот намёк не прошёл для меня бесследно. Он также не прошёл бесследно для моего хуя, который напрягся в моих шортах. Я допил свой апельсиновый сок и встал, протягивая руку маме. Она взяла её, тоже встав, и мы вместе пошли наверх, в мамину комнату.
Там мама медленно начала стягивать с себя джинсы, обнажая под ними светло-голубые трусы бикини.
— Дело в том, Стивен, - сказала она, — что я хочу ребенка. И я хочу, чтобы ты помог мне забеременеть.
Я спустил свои шорты с ног, стараясь соответствовать маминому темпу раздевания, несмотря на то, что мне хотелось сорвать с нас обоих всю одежду, прямо сейчас.
— Итак, - сказал я, пытаясь вспомнить свои реплики недельной давности, — ты хочешь, чтобы я занялся с тобой сексом?
— О Боже, нет, Стивен! - сказала она, снимая трусики. Я не мог не заметить тёмное пятно на её трусиках там, где они прилегали к её пиздёнке. — Ничего подобного!
Затем я стянул с себя боксеры, и они потянули мой хуй вниз, за ними, пока он не освободился и не выскочил наружу, направленный вверх. Мама облизала губы и продолжила: Нет, естественно, мы не можем заниматься сексом!
Она оторвала взгляд от моего хуя, чтобы открыть прикроватный ящик и взять бутылочку со смазкой, которую она там хранила. Затем она села на край кровати, её блестящая пиздёнка оказалась на одном уровне с краем, а ноги были раздвинуты. Не теряя времени, я расположился между её ног, мой хуй подёргивался в такт пульсу, словно пытался вырваться из меня и направиться туда, где ему действительно хотелось быть.
— Я думаю, ты мог бы просто..., - она налила немного смазки в руку, когда говорила это, затем отбросила бутылку в сторону и взяла мой хуй вместо неё. Как только она замолчала, она начала делать длинные движения вверх и вниз по моему налитому хую, делая паузу в конце каждого движения, чтобы провести большим пальцем по кончику. Я испустил длинный, дрожащий вздох, а затем вспомнил, что должен был что-то сказать.
— Мастурбировать? - спросил я.
— Да, - сказала она и начала дрочить мне немного энергичнее. — Пока ты не будешь готов...
— Кончить? - уточнил я.
— Мммм, - простонала мама. Это было что-то вроде отступления от того сценария, каким я его помнил.
— Тогда ты можешь просто вставить его, заполнить меня этим большим, прекрасным хуем, дать мне свою сперму, сделать меня своей.
— Ох, бля, - прошептал я. Если мама решила отклониться от предыдущего субботнего диалога, то и я тоже мог это сделать. Кроме того,
Вальриса. Пробуждение (часть 2)