Адвокат фирмы отца куда-то позвонил и через минуту дал мне адрес специалиста по разводам. Тот вник в дело, составил все необходимые бумаги и выдал мне конверт, с соглашением о разводе.
* * *
Ребекка вернулась через пять дней, ближе к вечеру.
Она, как хозяйка, зашла в дом. Посмотрела на меня, сидящего в кресле в гостиной и читающего деловые бумаги. Ничего не сказала. Поднялась наверх.
Там наверху пошумел душ, похлопали ящики шкафа, и моя королева спустилась вниз.
— Ты со мной даже не поздороваешься?
Я встал и включил кофейную машину. Мне нужно было успокоиться, и не показать жене своё волнение.
— Так и будешь молчать? - поинтересовалась Реби.
Я ничего не ответил.
— Пирс, ты что - дурак? Ты ведёшь себя как ребёнок. Прекрати немедленно играть в молчанку.
Я игнорировал её нападки.
— Ну что стряслось?! Я немного развлеклась, что такого? Что за катастрофа? Прекрати истерику и закажи пиццу. И сделай мне кофе со сливками.
Я тихонько офигевал от её наглости.
Вопрос надо было решать. Чего тянуть.
Я взял с кресла конверт с соглашением о разводе и подал ей. И, пока она держала его перед собой, сфотографировал Ребби на телефон.
— Что это? - строго спросила жена.
— Почитай. Тебе будет интересно.
Она извлекла бумаги и прочла только первую страницу.
— Ага, значит - вот как.
Ребекка постояла немного прищурившись и глядя мне в глаза, а потом решительно отбросила конверт.
— Да пошёл ты Пирс! Да пошёл ты к гребаной матери!
Она вскочила на улицу, открыла гараж, уселась в свой "Мерседес" и укатила. И дверку гаража не опустила, зараза такая. Вот во всём она так.
Ну и скатертью дорога.
* * *
Томас Вильсон - мой тесть.
Он позвонил мне утром на городской телефон в пятницу и попросил о встрече... Нет, вру, не попросил. Он потребовал приехать в Сейлем, и явиться в департамент социальных служб штата Орегон, в его офис. Томас занимал пост руководителя отдела социальной реабилитации и считал себя большим человеком.
Я, как всегда посоветовался с папой и он мне сказал:
— Езжай в Сейлем и поговори с тестем по-доброму.
— А если Том попытается меня переехать?
— Сынок, ну что за жаргонизмы? "Переехать"... Но я тебя понял. Если Том начнёт возмущаться, угрожать или чего-то требовать, то ты спокойно поставишь его на место. Но без скандала... Впрочем, я думаю ты и сам знаешь что делать.
И я попёрся за шестьдесят пять километров поговорить с тестем. Точнее с бывшим тестем.
А что было делать?
Кабинет Вильсона не блистал. Впрочем, это и понятно - госучреждение.
— Садись Пирси. Кофе?
— Нет, папа, спасибо.
— Ты, конечно, знаешь - зачем я тебя пригласил, - начал Том.
Я покивал.
— Моя девочка совершила ошибку. Она оступилась. Но ведь это не смертельно. И, думаю, ты должен её простить и остановить это безобразие, этот развод. Ребекка очень переживает. Она тяжко раскаивается в содеянном, и больше не допустит такой оплошности...
Вот так поворот. Я - "должен"? Хорошо хоть Том не сказал - "обязан".
Я его перебил:
— Том, ты знаешь - где сейчас твоя дочь?
— Она взрослый человек, и я её не контролирую.
— Это плохо... Тебе следовало бы знать, - она сейчас в доме Барни Гарсии, нападающего команды "Россомах". У неё с Гарсией и Майклом Фриманом идёт маленькая групповушка. Прямо сейчас. Именно в этот момент... Что посоветуешь?
Том помидорно покраснел.
— Это неправда!
— Собирайся, поехали. Они как раз только разогрелись, и будут кувыркаться ещё пару часов. У тебя есть возможность убедиться самому, как Реби "раскаивается в содеянном".
— Я никуда не поеду. Ещё чего не хватало... Я не верю, что моя дочь способна на такое.
Клизма для Катюшки