Когда она медленно вернула мне силы, я скользнул рукой в ее болотистый пирог и обнаружил ее раздутый клитор, торчащий из капюшона.
Сесилия посмотрела на меня с некоторой тоской, когда мы разорвали поцелуй.
— Риз? — тихо позвала она. — Займись со мной любовью, пожалуйста? Я могу трахаться в любое время, когда захочу, но у меня так давно не было мужчины, который занимался бы со мной любовью по-настоящему, что я почти забыла, каково это.
— Жак не занимается с тобой любовью? — спросил я, заинтригованный.
— Не совсем, — сказала она. — О, он хороший любовник, если говорить о технике, и он своим ртом может заставить меня кончать целыми ведрами. А еще у него довольно красивый хуй, но когда он начинает трахать меня, в нем не так много страсти. Все дело в его исполнении, и в этом нет особой любви. А еще есть вечеринки...
— Детка, если бы ты была моей женщиной, я бы любил тебя при каждом удобном случае, — сказал я голосом, полным эмоций. — Конечно, Сесилия, я займусь с тобой любовью. Я дам тебе то, что тебе нужно.
И с этими словами я перевернул ее на спину и набросился на ее тело. Мои губы нашли ее, и мы поцеловались с чем-то глубоким, чем-то животным. Мы соединялись на каком-то астральном плане, два корабля из совершенно разных портов столкнулись на один момент времени.
Пока мы целовались, я нежно гладил ее вульву, открывая ее складки и слегка поглаживая большим пальцем ее клитор. Мой твердый, как камень, пульсирующий хер оставлял следы предварительной спермы по всему ее бедру, но я не спешил. Если эта принцесса хотела, чтобы я любил ее, что ж, клянусь Богом, я собирался отдать ей все, что у меня было.
Я чувствовал, как ее дыхание участилось, когда ее возбуждение начало нарастать, и тогда она, казалось, пришла в себя, потому что в ее глазах появился действительно горячий взгляд, она перевернула меня на спину и оседлала мои бедра, крепко держа мой хуй у основания. Она поднесла головку моего хуя к своей слюнявой щели и скользнула своей вагиной на мой хуй одним восхитительным движением.
Мы оба застонали, а затем рассмеялись, когда она медленно начала двигать своим телом вверх и вниз, в то время как я медленно двигал бедрами вверх и вниз толчками, наполняя ее своим мясом.
Руки Сесилии сжимали бока моей груди, и они мягко, чувственно ласкали мою кожу, когда она откинула голову, и, откинув назад свои длинные каштановые локоны, озвучила свою нарастающую страсть.
В том, что она говорила, не было ничего вразумительного, только множество ворчаний, стонов, вздохов и визгов. Но я прекрасно понимал язык любви, на котором она говорила.
Ее пизда, как влажные бархатные тиски, массировала мой железный хуй, и сейчас она была в своей стихии. Я давал ей то, чего у нее давно не было — настоящую страсть, для нее, а не для мужчины, с которым она случайно оказалась вместе.
Я думаю, она так привыкла к обычному сексу, что, когда появился я с совершенно другим настроем, это что-то с ней сделало. И я мог видеть, как похоть, любовь — даже если это было только на мгновение — написаны на ее лице.
Как бы сильно я ни хотел оставаться в этом положении, мне нужно было держать себя в руках. Я хотел определить, как долго и когда я, наконец, достигну кульминации. Поэтому я перевернул ее, а затем поставил на колени, задрав ее задницу вверх.
Я опустился на колени позади Сесилии и подивился сердитой красной дыре, которая
Минет в обед