что ещё не было ясно, одна ли она, или же её кто-то слышит. Но всё кругом было тихо. А на пороге стояли его тапочки, что значило, что он ушёл. Нырнув в свою комнату, она задумчиво прошлась до окна и застыла в размышлениях. Через некоторое время, вдоволь побыв в оцепенении, она привычными движениями оделась, сложила укрывавший её плед, поспешно отнесла его в оставленную ею комнату, и пошла на кухню готовить чай.
«Ничего не поменялось. Мы просто слушали музыку.» - И она довольно улыбнулась своему отражению в окне, грея руки о горячую чашку ароматного чая.
НЕ ХОДИТЕ, ДЕТИ, В АФРИКУ ГУЛЯТЬ!