трусов. Одним движением снял с себя майку и отбросил в сторону. О, с какой страстью она стала целовать мою взмокшую от пробежки грудь! Она вдыхала и слизывала этот пот, целовала мои соски, а потом снова впивалась в мои губы. Что-то дикое было в этом!
Занятие хореографией проявилось и на ее грациозных движениях нижней частью тела. Уже без стеснения она натирала клитор о моё бедро. В какой- то момент я поставил ногу на носок, подняв тем самым колено к месту соприкосновения. Темп ее движений резко возрос и из горла вырвался протяжный стон наслаждения. Бугорки и выемки коленного сустава несомненно с бОльшим эффектом стимулировали чувствительный орган. Еще минута такой ласки и Лена коротко вскрикнула и, дрожа всем телом, забилась в моих руках, чуть было не упав на колени.
Я подхватил ее на руки, сам сел на камень и посадил женщину себе на колени, продолжая целовать и ласкать руками. Она была в сознании, но не открывала глаз и не произносила ни слова, тихим стоном отвечая на мои прикосновения. В таком положении я отчетливо почувствовал отсутствие на ней нижнего белья. Влажная от оргазма промежность продолжала изливать на мои бедра «соки любви», тем самым усиливая моё желание войти в этот «альков наслаждения».
Мой читатель может осудить меня за моё желание и все возрастающее намерение воспользоваться слабостью истосковавшейся по сексу женщины, но я ничего не мог с собой поделать. Ситуация развивалась в своем русле. Я не чувствовал моральной ответственности перед Леной. Я понимал, что не мужа она искала во мне, не отца для своего Славика, а просто предмет для удовлетворения сексуального голода, похоти, по сути говоря. Если бы не я, то кто-то другой встретился ей. Так почему же мне отвергать это прекрасное создание, страждущее хорошего секса.
Но, вернемся в сирень. От столь тесного контакта с женскими гениталиями мой «солдат» начал так бурно выпрямляться, что готов был разорвать сатиновый плен трусов. Вероятно, его шевеление оживило и Леночку. Она открыла глаза и потянулась губами к поцелую. Я целовал Лену и чувствовал, как ее рука коснулась моего живота и быстро скользнула к паху, где уже во весь рост стоял член, подпирая купол «шатра». Женщина ловко нашла вход за резинку, я слегка привстал и боец вышел на свободу.
— Я хочу тебя, - прошептала Лена и попыталась пристроить головку к истекавшей соком дырочке.
На это я не стал снова задавать ей глупые вопросы, как в американском кино. Главное было в том, что «низы хотели и верхи могли». Хотя в нашем положении все было наоборот и мое «могу» снизу встречало «хочу» наверху.
Я подумал, что Лену накрыл обморок, когда одна только головка раздвинула колечко ее влагалища. Она вздрогнула, охнула и ее голова упала мне на плечо.
— Тебе больно? - спросил я.
— Тихо... осторожно... не больно, но... так непривычно.
— Я осторожно все сделаю. Но потерпи, если немного будет больно.
— Да, я потерплю. Мне так хорошо уже... его там чувствую.
Да, а когда ты его весь почувствуешь, что будет (?), подумал я и стал потихоньку круговыми движениями раскачивать Лену на коленях. Головка играла у самого входа и нежно раздвигала стенки влагалища. Женщина стонала, и в какой-то момент я почувствовал ее движения навстречу члену. Пора, решил я, и, слегка отклонившись, добился более глубокого проникновения. Уфффф, вырвалось из нее, глаза расширились и она впилась в мой рот, чтобы поцелуем заглушить назревший крик.
Влагалище после родов еще не вернулось в привычный тонус, но уже сузилось и доставляло приятные ощущения члену, и, как я понял по
Алчная Анжела