дачу. Почему-то тётя Надя в купальнике, которая звала его плавать в речке. Её налитые соком смуглые груди с капельками воды, казалось вот-вот вывалятся из чашек бюстгальтера. Потом, они сидя на покрывале в тени ели вишни из большой миски. Мама тоже была в купальнике. Вместе с сестрой они были моложе чем сейчас и обе они были просто красавицами. Дальше снилась какая-то чушь.
Проснулся Максим от ощущения что кто-то нежно гладит рукой его член. Что происходит, может это тоже сон? Но через мгновения, всё встало на свои места. Мама... Кровать скрипнула, и он чувствовал, как его орган погружается в теплый рот. Ощутив, как умелый язык ласкает его под уздечкой он тихо застонал от удовольствия. Член в считанные приобретал каменную твердость. Кровать опять подала голос. На этот раз женщина, перекинув ногу села сверху и Макс ощутил сильные мышцы материнской вагины берут его жезл в сладкий плен. Про скользив на его большом члене до упора, мать слегка уколола его жёсткими волосами небритой вульвы. Он ощутил тяжесть её большой попы и наконец открыл глаза. За окном была глубокая ночь. Через не задёрнутые шторы комнату освещала полная луна. В ее зыбком свете, голая, с большими грудями женщина, которая смотрела на него ласковыми, полными любви глазами, казалась сказочной нимфой из запретных снов. После сна лицо ее посвежело и казалось на нём стало меньше морщинок.
– Проснулся, сынок? – прошептала Елена Андреевна еле слышно.
– Да, мама!
– Я люблю тебя, сынок!
– И я тебя люблю, мама!
– Ты не против, мама немного покатается на тебе как на лошадке?
– Давай, мамочка!..
Кровать тихо и размеренно заскулила пружинами, наполняя ночную тишину звуками страстно совокупляющихся тел.
Девчонки по новому отдыхают в сауне.