До чего я могу поднять ставку? Ставка на еблю казалась мне грубой и, честно говоря, слишком похожей на попытку испытать удачу. Хотите верьте, хотите нет, но анальный секс меня не привлекал. А как насчет игры с титьками? У нее были самые потрясающие молочные железы (патент на изобретение. Все права защищены). Но знаете, сиськи, это что-то вроде гребаного Моне. Издалека они выглядят великолепно, но на самом деле... эх. Секс нуждается в смазке. Сиськи не смазывают. Пот не такой скользкий, как нужно.
Хотя пота у нас было много, я практически кипел от него.
И вот оно было.
— Я повышаю, — объявил я. Вся группа посмотрела на меня с чем-то средним между удивлением и презрением. Я был ребенком в Toys R Us (американская компания, специализирующаяся на розничной торговле игрушками, одеждой и другими товарами для детей – прим. пер.), чьи родители уже выбрали новую игрушку. Только теперь я осмелился потребовать еще большего. Эй, ты, маленький засранец, может быть, мы просто ничего тебе не дадим. Как тебе это?
Группа наклонилась вперед. Эшли казалась... Счастлива? Расстроена? Я больше не мог читать ее мысли.
— Душ, — сказал я.
Я услышал, как Эмма втянула воздух слева от меня. Сэм поцокал языком.
— Это... — Эшли начала: — На самом деле это действительно хорошая ставка. Отличная работа, чувак.
«Что?» — спросила Кристен: — Что такого особенного в душе?
— Боже милостивый, — сказала Эшли, — ты самая ханжеская маленькая шлюшка, которую я когда-либо...
— Неважно. Вы, ребята, все делаете грязным, — сказала Кристен.
— Залезай туда. Весь в мыле и скользкий... — сказал Сэм. Казалось, он больше представлял секс в душе, чем определял его. Его мысленный образ, казалось, одновременно радовал и ужасал его.
— Это хорошая ставка, — сказала Эмма. — Это действительно так. Ублюдок.
— Когда это станет профессиональным спортом, ты станешь Тайгером Вудсом (американский гольфист, 15-кратный победитель турниров «Мэйджор» — прим. пер.), — сказала мне Эшли.
— Я буду носить номер 69? — Я спросил.
— Пока нет, ты этого не сделаешь.
— Значит, ты отменяешь мою ставку?
Эшли снова посмотрела на свою карточку. Казалось, вся комната затаила дыхание. Эмма и Кристен были косвенно возбуждены, но почему Сэм был так... вовлечен во все это? Он выглядел так, словно стоял на краю стола для игры в кости, и все его фишки лежали на следующем броске костей. Только у него на столе не было никаких фишек. Я не мог себе представить, что его здесь волновало.
— Да, — сказала Эшли, — да. Я играю.
Она показала своего валета. Я показал своего короля. Это не имело значения.
— Здесь так жарко, — сказала Кристен, — я завидую. Мне бы тоже не помешал душ. —
— Тогда в следующий раз оставайся в игре, сестра Кристиана, — сказала Эшли. Она встала, взяла меня за руку и повела к задней части лодки. По пути я прихватила пару полотенец..
— Я... я попытаюсь немного остыть, — сказала Эмма. Она начала подниматься на палубу. Я полагал, что это было связано скорее с возможностью услышать нас с Эшли за шумом воды. Это было странно, ведь Эмма без проблем позволила мне быть с Кейт накануне вечером. На самом деле, она поощряла это. Когда я был с Кристен, черт возьми, Эмма, казалось, наслаждалась этим почти так же, как и мы. Но когда я был с Эшли, Эмма вдруг стала казаться такой же неловкой, как и я, когда я смотрел, как она дурачится с... ну... кем угодно.
Я, Танюха и Лабрадор