– Так... – так же тихо ответила девочка. Она не понимала, почему это так важно, но всецело доверилась этой женщине, которая сейчас будет ее обследовать.
– Тогда я хочу попросить, чтобы ты одела вот это: – и доктор показала ей небольшой ремешок с повязкой, в которую был встроен небольшой шарик черного цвета, плотно прилегавший к кожаной заплатке. Не дожидаясь ответа Маши, Грета ловким движением застегнула ремешок на затылке так, что шарик с легкостью запечатал рот Маши, которая могла только беспомощно взирать на это, привязанная к креслу за руки и ноги.
– Кивни, если тебе удобно и нет неприятных, болевых ощущений. – сказала Грета. Маша кивнула, прислушавшись к себе – если не считать легкого волнения от того, что она оказалась во власти молодой лаборантки – доктора, ничего не давило, не сжимало, и было довольно комфортно. Но попытавшись что – то сказать, Маша обнаружила, что может только тихо мычать.
Тем временем Грета, подойдя к ней, ласково приблизила к ее лицу свои губы и прошептала:
– А теперь проверим, насколько это эффективно... – тут же взяв в руку ее дернувшийся отросток, глядя прямо в глаза девочке, совершенно потерявшей голову от невероятных ощущений, она сделала несколько движений вверх – вниз.
Первое движение: Маша распахивает глаза, ее груди выпирают из – под блузки торчащими сосками, она смотрит прямо в глаза доктору...
Второе: не отводя взгляд, подросток изгибается, из – под кляпа слышится то – ли вскрик, то ли короткий стон.
Третье: смазка на отростке начинает сочиться еще сильнее, легкими каплями скатываясь вниз на руку молодой женщины, звук становится чуть громче
Четвертое: стон переходит в постоянное мычание, все мышцы тела девочки изгибаются, соски готовы прорвать блузку, она выгибается на кресле... и тут Грета отпускает ее.
Тяжело рухнвушая обратно, Маша тяжело дышит, едва приходя в себя. Сквозь пелену, застлавшую глаза, она находит склонившуюся над ее картой Грету и слышит ее тихий голос:
– Гипервозбудимость... тогда многое понятно. . девственница... непонятно, как с такой чувствительностью она воздерживалась от мастурбации... такой экземпляр... полностью развитая нервная система... тут нужен особый подход...
Повернувшись к Маше, она подошла, цокая каблуками по кафелю, и держа в руках карту, и повернув ее так, чтобы та была перед глазами подростка, сказала:
– Для того, чтобы получить анализ твоей спермы – или секрета – мне нужно сначала получить этот секрет. Обычно я пользуюсь помпой, но на твой пенис (Маша почувствовала, как ноготки пробежались по ее отростку, заставляя вздравгивать ее тело) все мои штучки оказались маленькие. И как жаль, что я была вынуждена закрыть тебе ротик, чтобы ты не разбудила нашу заведущую – иначе бы ты могла меня поправить по ходу анализа... Давай – ка возьмем первую пробу...
С этими словами, докторша взяла два черных жгутика, которые проводами крепились к коробке за ее спиной, и закрепила их вверху и внизу отростка. Нижний оказался мал для набухшего отростка молодой девочки, поэтому она затянула его чуть сильнее – Маша дернулась, когда черный провод пережал ее внизу так, что она почувствовала как сомкнулись стенки ее центрального канальца, проходящего внутри отростка.
– С твоей гипервозбудимостью, девочка, я могла бы взять пробу рукой. Но ты же знаешь, нам запрещено доводить пацентов до оргазма, ведь это будет домогательство – прерывисто прошептала Грета, замутненными глазами глядя на Машу и покусывая губки, одним пальцем описывая круги по кончику ствола ничего не соображающей от наслаждения девочки. – Поэтому я воспользуюсь электростимулятором для пробы... думаю, десяти секунд тебе хватит...
Невыносимый медосмотр Маши. Часть 7