а иногда и в одной постели. Со стороны Клэр мне показалось, что я увидел перемену. Она начала просить меня сопровождать ее на светские мероприятия, где меня представляли как ее партнера или ее парня. Даже когда я спал в своей постели, я часто просыпался и обнаруживал, что она стоит на коленях у моей кровати, а ее голова покачивается вверх-вниз на моем утреннем стояке. Однажды вечером мы долго беседовали об этом
— Клэр, мы все еще друзья, не так ли?
— Конечно, это так, - сказала она.
— Нет, я имею в виду, что мы все еще просто друзья, верно?
Она выглядела немного смущенной:
— Ну, я надеялась, что, возможно, мы становимся немного больше, чем друзья.
— Мне очень жаль, Клэр. Ты была мне большим другом, и я нежно люблю тебя, но только как друга.
— Конечно. Зачем тебе связываться с такой старухой, как я, - сказала она, и слезы наполнили ее глаза.
— Ты не старая. Ты прекрасная женщина и заслуживаешь хорошего мужчину, но мы оба знаем, что я не могу быть таким мужчиной. Джули нужно только сказать слово, и я был бы с ней так быстро, как выстрел. Я не хочу быть еще одним мужчиной, который разобьет тебе сердце, и если мы будем продолжать в том же духе, то именно таким я и буду.
Потекли слезы, и я притянул ее голову к своей груди. Я просто сидел и обнимал ее, пока она плакала. Когда рыдания утихли, я приподнял ее подбородок и заглянул в глаза.
— Ты знаешь, что я должен съехать, не так ли?
Она кивнула.
— Но мы все равно останемся друзьями?
— Клэр, для меня ты всегда будешь очень особенным другом. Я просто не могу любить тебя так, как, я думаю, ты этого хочешь.
Она вытерла глаза, встала и налила нам по бокалу вина.
— Когда ты уйдешь? – спросила она.
— Как только я найду что-нибудь. Мне так жаль, Клэр. Я знаю, что причинил тебе боль, но было бы гораздо больнее, если бы мы позволили этому продолжаться.
На следующее утро ее глаза все еще были красными. Я снова почувствовал себя настоящим ублюдком. Она согласилась остаться друзьями, и я действительно надеялся, что мы сможем.
Я нашел маленькую квартирку над магазином еды на вынос в центре города. Теперь, когда я нашел, где жить, следующей задачей было превратить мой бизнес во что-то, что могло бы прокормить семью. Я начал, но теперь мне нужно было идти дальше. У меня была идея, но для этого требовался капитал. Капитал, которого у меня не было. Я направлялся на еженедельный сеанс с Джоном, когда меня осенило. Конечно, у меня был капитал - я им управлял. Пятилетний «Морган» в отличном состоянии стоил значительную сумму. С четырехлетним списком ожидания нового не было бы никаких проблем с его продажей. У нас был небольшой служебный фургон, которым я мог пользоваться, так что все, что я получал за «Морган», шло на финансирование моего проекта. Я провел расследование, как только вернулся.
Эрик не мог в это поверить, когда покупатель пришел, чтобы забрать «Морган». Он вошел прямо в наш маленький офис.
— У нас неприятности, босс? – спросил он.
— Нет, - сказал я. Почему они должны быть?
— Эта машина была твоей гордостью и радостью, - сказал он. Когда ты потерял Джули, я подумал: «У него всегда есть «Морган», на который можно расточать любовь». Так почему же ты его продал?
— Мне нужны были деньги для кое-чего, - сказал я ему. Оставайся здесь достаточно долго, и ты увидишь, для чего.
Дневник Мата Хари (Глава 5)