А я бы хотела, чтобы у меня были такие же сиськи, как у нее, – сказала первая девушка. – Меня поражает, что она нашла в тебе, Ричи.
– Ей нравится мой большой член. У ее старика он уже не встает. Они спят в разных комнатах.
Я почувствовал гнев и огромную печаль. Как мог этот мудак, ради которого она так рисковала, настолько неуважительно относиться к ней? Я хотел впиться зубами ему в горло. Хотел кастрировать его пивным бокалом. Но меня сдерживало обещание, данное Барб. «Я его не трону», – сказал я. Как я мог быть таким глупым?
На протяжении всего разговора Ричи наблюдал за дождем на улице. Теперь я заметил, как он потянулся в карман и достал сигареты. Когда он достал зажигалку, к нему обратился Джонси:
– Здесь нельзя курить, приятель, это противозаконно.
– Ну, я не собираюсь выходить на улицу, там дождь. Мне требется сигарета, и если людям это не нравится, пусть идут на хрен.
Я взял свое пиво и пересел за барную стойку. Несмотря на все мои усилия, в глазах у меня стояла влага. Я вытер один, когда подошел хозяин заведения.
– Ты в порядке, приятель?
– Что? О да-да, я в порядке, просто сигаретный дым. От него у меня всегда щиплет в глазах.
Хозяин оглядел бар. Ричи пытался спрятать сигарету в зажатой руке, но поднимающийся дым выдал его,
– Так, вы все уходите.
Ричи быстро затушил сигарету и показал хозяину.
– Ладно-ладно, без паники. Не взъерошивайтесь. ХОРОШО?
– Не взъерошиваться, это хорошо, Ричи, – сказал Джоунси, глядя на лысую голову домовладельца.
– Я не говорил тебе убрать ее. Я сказал вам убираться. Теперь у вас есть десять секунд, прежде чем я спущу собак.
Он начал отсчет от десяти.
– Ладно, мы уходим. Все равно никогда не любил этот гребаный паб.
– В таком случае ты не захочешь сюда возвращаться, и это хорошо, потому что вам всем это запрещено. А теперь убирайтесь из моего паба.
Когда они уходили, Ричи показывал хозяину паба «палец», а одна из девушек застонала:
– Это все твоя вина, Ричи, куда мы теперь пойдем?
Они дошли до двери, посмотрели на дождь и побежали обратно в направлении колледжа.
– Мне очень жаль, сэр, а теперь могу я долить вам пинту пива?
– Нет, спасибо, это я должен извиняться. Я не хотел, чтобы вы так теряли клиентов.
– Без таких клиентов я могу обойтись. Они приходят сюда с пожилой женщиной. Я думаю, этот наглец, наверное, ее трахает. В любом случае, все они сидят на ее шее. А когда она уходит, они делают так, чтобы их выпивки хватило до конца дня. Мне жаль ее, она кажется милой.
– Симпатичная, да?
– Ну, скажу так, я бы не стал влезать на нее, чтобы добраться до тебя. Если ты уловил мою мысль.
– Так, что же заставляет тебя ее жалеть?
– Ну, у меня нет квалификации или чего-то в этом роде, но на этой работе видишь жизнь. На мой взгляд, она отчаянно пытается вернуть свою молодость. Она кажется милой, и она замужем, так что, какой-нибудь бедняга будет плакать, топя тоску в пиве из-за этого. Но она приходит и сидит с этими парнями, смеясь и хихикая, словно она – одна из них. Ты, наверное, слышал, как они говорили о ней, когда она уходит. Для них – просто легкое мясо. Все закончится слезами, а пострадает лишь она.
– Не то чтобы я тебе не верил, но почему ты так уверен?
– Как я уже говорил, такая у меня работа: видишь все, и я видел все это раньше. Если ей повезет, когда
Лариса