та же самая? – ее тело было вертикальным, а голова высоко торчала из воды.
– Какого черта ты здесь делаешь, приятель?
Животное тряслось, вода билась вокруг его грудных мышц. Взволновано, – подумал он, – оно выглядит взволнованным. Не сердится... скорее... напугано, чем что-либо еще...
Крупный самец наклонил голову в сторону от лодки, и он услышал трепыхание другого животного неподалеку; он посветил своим старым фонарем в непроглядную черноту и снова увидел детеныша, его мать пыталась поддержать его снизу. Он был завернут в бледно-голубую жаберную сеть, бился и – очевидно – собирался утонуть.
Не раздумывая, он бросился вниз и схватил свой нож, затем взбежал по ступенькам и одним плавным движением нырнул за борт; проплыл несколько метров до бьющегося детеныша и начал судорожно разрезать сеть. Порезался один раз, благо, что соленая вода не сильно щипала, и отрезал последние нити сети. Детеныш вырвался на свободу и исчез под водой; он снова почувствовал рядом с собой большого самца и, повернувшись, заглянул ему в глаза.
– О, черт, – сказал мужчина. – Боже мой, нет!
Лодка была уже в нескольких сотнях метров от него, свежий ветер наполнял парус, скорость нарастала. Он неподвижно сидел в воде – неподвижно – и видел, как в воздухе перед его глазами вырисовываются очертания конца его жизни. Он повернулся, посмотрел, нет ли там кита, но тот тоже ускользнул от него.
***
Она встала посреди ночи и, спотыкаясь, пробралась в голову, услышала, как натягиваются паруса, как носовая волна с бульканьем и шипением уходит за корму. Она улыбнулась и забралась обратно на теплую койку. Ей снилось, как он впервые поцеловал ее, и она надеялась, что сон все еще будет рядом, в ожидании.
***
Она почувствовала на своем лице солнечный свет и подняла голову: солнце было высоко над головой.
– Дэвид? Почему ты позволил мне так долго спать?
Тишина.
– Дэвид?
Она почувствовала легкое раздражение. Очевидно, заснул за штурвалом. Она выскользнула из постели и вернулась на камбуз... Ничего... плита не работает, все как вчера вечером...
– Дэвид?
Затем она увидела, что его страховочные ремни расстегнуты.
Холодный страх кольнул ее в живот, когда она вскочила в кабину. Она повернулась и посмотрела вперед: впереди была фиолетовая стена грозы, в клубящихся облаках сверкали молнии. Впереди и далеко справа от нее был остров Тетиароа; даже Таити теперь был виден сквозь низкие клубящиеся облака. Она бросилась к штурвалу, нажала кнопку «человек за бортом», запустила двигатель, закрутила парус и включила автопилот, затем схватила рацию и переключила ее на аварийную частоту:
– Mayday-mayday-mayday, вызывает парусное судно «Сириус». Mayday-mayday-mayday.
– Парусное судно, здесь океанский спасатель «Таити», говорите.
– «Таити», мое местоположение: 16 градусов 51 минута южной широты, 149 градусов ноль четыре минуты западной долготы, ночью у нас человек оказался за бортом!
– Парусное судно «Сириус», вы на борту одна?
– Подтверждаю, спасатель. Мы шли на юг из Рангироа... готовность один... – Она спрыгнула вниз и схватила вахтенный журнал... посмотрела на нацарапанную запись Дэвида на странице, и ее сердце наполнилось смесью гордости и страха... затем она снова подскочила к радио...
– Ээ, спасатель, его последняя запись в журнале была сделана в 22:00, в точке 16 21 27 южной широты на 148 46 17 западной.
– Ээ, «Сириус», – раздался сильный голос с резким английским акцентом, – это парусник «Ахиллес», мы вас слышим и находимся в десяти и трех десятых милях позади вас. Мы проанализируем этот трек и начнем поиски.
– Спасатель, здесь парусное судно «Прыгающий Джек Флэш», мы находимся в пяти милях к востоку от «Ахиллеса». можем помочь?
– Океанский спасатель «Таити» всем поисковым судам, имейте в виду, что в
Аленка