— Ты по силам себе берёшь мужика? Тебе 21, ему 47... Хорошо взвесила? Я не спрашиваю, сможешь ли забрать. Кто его жена, и, как там у него с ней. Знаю, ты, сможешь. Если я подсела на тебя, то и шансы твои матёрого мужика в упряжь поставить, думаю у тебя есть. И умения у тебя хватит. Вот удержать его там, это уже сложнее. Смотря насколько серьёзно он тебе нужен, чем пожертвуешь... Смотри, чтоб потом с мясом его из души не пришлось вырывать.
— Посмотрим. Давно я к нему подбираюсь. Прошу, Полина, сделай это для меня. И..., хотелось бы чтоб Вадим не был в курсе. Рано ему об этом. Ты же знаешь его реакцию. Потом он поймёт, а сейчас просто рано.
— Хорошо, милая. Ты знаешь мою привязанность к тебе. Надеюсь ты не натворишь дел. Каждый волен устраивать свою жизнь сам. И это твой выбор. Понятно, что в нашем кругу простых вариантов не бывает. Через полторы недели получишь всё, что просила. О поездке договорились, целую тебя нежно, до встречи!
*****
Чёрный Shelby припарковался, шелестя широкой низкопрофильной резиной, на парковке «Русской рыбалки». Лариса любила это место. Мало народу в будни, крик чаек, запах сосен, ленивая атмосфера оторванности от большого города. Позавтракать ей не удалось, просто проспала. Успела наскоро выпить чашечку растворимого кофе с молоком, побросала шмотки в сумку и выбежала к машине. Городской трафик к одиннадцати, в районе Приморского шоссе становился напряжённым, а ей хотелось приехать пораньше подруг, посидеть за столиком на террасе, выпить немного вискаря на голодный желудок до их приезда, чтоб быть в тонусе и немного расслабиться перед встречей. Она уже четыре года не видела Евгению, и груз содеянного напрягал и тяготил её внутренне. Она не раз перекладывала их встречу, ссылаясь на разные причины.
Лариса не имела кроме своих подруг друзей. Она дистанцировалась со всеми в отношениях, включая группу ребятишек из братвы, признавая среди них только Вадима, который любил её, и содержал. Но и с ним она была сдержана, отдаваясь ему самозабвенно в постели, но не посвящая его в личное. Полностью раскрывалась Лари только перед Полиной, с которой её связывали отношения интимные и общая с ней потребность, о которой не знали её подруги.... Потребность эта, обнаружилась тогда, на стрелке двух группировок, когда её, молоденькую девочку, которой шёл 17 год, привёз на эту кровавую бойню её бойфренд, главарь группировки и её любовник Вадим. Ей тогда первый раз довелось увидеть, как падают люди от выстрелов, как брызжет кровь из раненных мужчин, как остервенело люди стараются убить друг друга, как выживают сильнейшие в борьбе за свой суровый кусок хлеба и право на жизнь. Тогда, после перестрелки, Вадим, открыв дверь в машине, хрипя, тяжело дыша спросил её:
— Не боишься? Сама хотела…
— Нет, - коротко ответила она, уперевшись ногой в открытую дверь Гелика.
— Сейчас поедем, Лари! Дело сделано, пора сваливать, пока менты не понаехали
— Вы оставите тех, кто корчится там на земле? – ласково и с интересом спросила она
— А что им…? Кто выживет, тот выживет, милашка, такова жизнь. Они молчать будут по любому.
— Дай мне свой ствол, я добью их, - так же игриво, с ласковыми нотками, обратилась она к Вадиму.
— Девочка, ты ошалела? Ты точно хочешь так просто добить этих пацанов?- совершенно оторопев от услышанного из уст своей молодой пассии, переспросил Вадим
— Хочу. Они враги наши, а мне в кайф! Дай ствол, Вадик… Молчат только мёртвые.
Взяв в руки тяжёлую Беретту Вадима, перезарядив обойму, она вышла из машины,
Евгения Евгеньевна - интеллигентная сучка