прямо в челюсть, и он упал. Люди вокруг нас аплодировали и смеялись над ним, а потом он встал и смущенно отошел.
— Это еще не конец, панк! — закричал он.
— Да, да, это то, что ты сказал в прошлый раз, — крикнул я в ответ. После этого мы вернулись в машину, и я отвез нас домой, немного гордясь собой.
***
Всю дорогу домой мы говорили о том парне, о том, что он сделал, и о том, как приятно было его ударить. Может, теперь он поймет намек и оставит нас в покое. Когда мы вернулись в дом, наши родители только что выключили телевизор и собирались ложиться спать. Папа пошел наверх, но мама отозвала нас в сторону.
— Я не думаю, что вам двоим стоит спать сегодня в одной постели, — сказала она.
Рита сразу нахмурилась и выпятила губу, мне тоже было не по себе.
— Нам всем нужно рано вставать и готовиться к завтрашнему раннему отъезду, вы не можете рисковать, что отец узнает, что вы спите вместе. По крайней мере, пока вы не доберетесь до хижины и не сможете спать в одной кровати, — добавила она.
Мы оба были разочарованы, но знали, что она права, поэтому согласились с ней. Она обняла и поцеловала нас обоих и пожелала спокойной ночи.
— Мама, спасибо за все, — сказал я, прежде чем она ушла.
Она посмотрела на меня, понимая, что я имею в виду, взяла в руки на наши подбородки и улыбнулась.
— Вы можете отблагодарить меня позже, — сказала она, подмигнув нам, и пошла в свою комнату.
Вот тебе и милая, заботливая мама. Мы с Ритой поцеловали друг друга долгим поцелуем на ночь, разошлись по своим комнатам и легли спать.
***
Я проснулся около двух часов и не мог снова заснуть, поэтому решил прокрасться ненадолго в комнату Риты. Когда я пришел в ее комнату, я заметил, что ее там нет, и решил, что она в ванной. Когда ее не оказалось в ванной, я решил, что она на кухне. Когда ее не было и на кухне, я уж и не знал, где еще искать. Тогда я увидел ее через окно, ведущее на задний двор, она сидела на одной из качелей, которые у нас там были. Я вышел на улицу и сел на качели рядом с ней.
— Мы не пользовались этими качелями с тех пор, как были маленькими детьми, — сказал я, но она ничего не ответила.
— Что-то не так? — спросил я.
Она посмотрела на меня с одним из самых грустных взглядов, которые я когда-либо видел у неё.
— Я могла все испортить, я просто не могу смириться с тем, что мы уже почти не "мы", — сказала она, глядя на меня.
— Это была моя вина, как и твоя, если не больше, я слишком остро отреагировал, — сказал я в ответ.
— Я так боялась, что ты возненавидишь меня, что ты больше не захочешь быть со мной, что вчера ночью я плакала во сне при мысли о том, что между нами все кончено, — надулась она.
Когда она это сказала, у меня заныло нутро, и я возненавидел себя за то, что заставил ее пройти через это.
— Рита, мне очень жаль, что я заставил тебя пройти через это, я не знаю, о чем я думал. Я никогда не буду ненавидеть тебя, что бы ты ни делала, я слишком сильно тебя люблю и никогда не оставлю тебя, ты навсегда останешься со мной, — сказал я.
Наказание за порок